wowavostok (wowavostok) wrote,
wowavostok
wowavostok

КАК БЕСЦЕННЫЕ ШЕДЕВРЫ НЕЛЕГАЛЬНО ВЫВОЗИЛИСЬ ИЗ СССР

Картинки по запросу яйца фаберже царской семьи
В конце марта с выставки в Москве похитили два подстаканника, оформленных Карлом Фаберже. Все изделия, созданные фирмой великого Фаберже – а особенно те, в создании которых он участвовал лично, – привлекают особое внимание. В том числе и внимание преступников. На антикварном рынке они ценятся очень высоко – и не только в последние годы. Когда после революции большевики распродавали произведения искусства и ювелирные сокровища из российских коллекций, изделия Фаберже пользовались особым спросом.

Часть из них продавалась официально, а часть просто ушла в неизвестном направлении. По мнению экспертов, некоторые российские сокровища, вывезенные за границу, можно попробовать вернуть, ведь фактически они были просто украдены. Обстоятельства нелегальной торговли сокровищами Российской империи выяснял корреспондент «Совершенно секретно».

Многие архивы, которые могли бы пролить свет на темные дела, творимые большевиками и западными перекупщиками шедевров, до сих пор закрыты для исследователей. Это заметно осложняет работу искусствоведов. Например, в последние годы десять мировых экспертов решают судьбу нефритового яйца «Ампир» работы Фаберже 1902 года. Перед ними стоит вопрос – действительно ли оно императорское? Яйцо было продано за несколько миллионов долларов, и теперь владельцы хотят понять, что же они купили. Но ученые к консенсусу прийти не могут. В том числе и потому, что нужные архивные сведения о вывезенных в 1920–1930-е годы из России шедеврах до сих пор засекречены.

БОЛЬШЕВИСТСКАЯ ПЕЩЕРА АЛИ-БАБЫ

Нефритовое яйцо, пропавшее в начале прошлого века, неожиданно нашлось в 1995 году в Петербурге в антикварном магазине. Принесли его наследники старого большевика Шварца, занимавшего пост комиссара в 1918 году… Но яйцо лишилось короны с бриллиантами, царских монограмм, миниатюры.

«В Фонд Валютного управления Наркомфина были переданы в 1922 году императорские пасхальные яйца, – рассказал «Совершенно секретно» Валентин Скурлов, ученый-фабержевед с мировым именем. – Переданы им 42 пасхальных яйца, обратно вернулись 27 в 1927 году. Куда пропали в этот пятилетний промежуток 15 яиц, в том числе то, которое мы рассматриваем? В 1922 году это пасхальное яйцо «Ампир», нефритовое, с миниатюрой императора и двумя бриллиантами, еще было…» Но далее его след надолго теряется. Скурлов говорит, что в феврале прошлого и в январе нынешнего года держал в руках нефритовое яйцо «Ампир»: «Я пришел к выводу, что это подлинное произведение Фаберже, но там сложная история. Чтобы получить необходимые доказательства, нужен доступ к архивам. Но попасть туда не просто сложно, а невозможно. Например, в архивы КГБ и Министерства внешней торговли. Если бы ученым дали списки всех предметов искусства, что продали в 1920–1930 е годы…»

В большевистской России перед Наркоматом торговли была поставлена задача – любыми путями искать валюту на нужды революции. Все экспроприированные культурные ценности попадали в хранилища ВЧК, а позднее в Гохран – Государственное хранилище ценностей. Затем ими распоряжалась специальная комиссия особоуполномоченного ЦИК – СНК.

Вот что пишет в своих мемуарах дворянин-марксист Георгий Соломон, заместитель народного комиссара торговли, в конце 1920 х годов разочаровавшийся в Советской России и сбежавший на Запад: «Я упомянул о национализированных в государственный фонд драгоценных камнях и ювелирных изделиях. Заинтересовавшись ими, так как они представляли собой высокой ценности обменный фонд, я с трудом, после долгого ряда наведенных справок, узнал в конце концов, что все драгоценности находятся в ведении Наркомфина и хранятся в Настасьинском переулке, в доме, где находилась прежде ссудная казна.

В условленный день мы поехали туда… Кое-где драгоценности лежали кучами на полу, на подоконниках. Старинная серебряная посуда валялась вместе с артистически сработанными диадемами, колье, портсигарами, серьгами, серебряными и золотыми табакерками… Все было свалено кое-как вместе… Попадались корзины, сплошь наполненные драгоценными камнями без оправы… Были тут и царские драгоценности… Валялись предметы чисто музейные… и все это без всякого учета. Правда, и снаружи, и внутри были часовые. Был и заведующий, который не имел ни малейшего представления ни о количестве, ни о стоимости находившихся в его заведовании драгоценностей…»

Разумеется, при таких условиях хранения многие ценности могли просто исчезнуть: чтобы появиться через какое-то время в частных коллекциях – в СССР или за границей.

КАК ЧЕКИСТ ПОДАРИЛ ЖЕНЕ АГРАФ ЦАРИЦЫ

Об увиденном Соломон доложил своему непосредственному начальнику – народному комиссару торговли Леониду Красину. Они вместе съездили в Настасьинский переулок… Красин также был поражен. В конце концов, после долгих совещаний, было решено выделить дом с сокровищами в особое учреждение, которое и назвали Государственным хранилищем (сокращенно Гохран) .

Как пополнялся Гохран? Очень просто. При обыске у «буржуев» отбирали все ценные предметы, юридически – для сдачи их в хранилища ВЧК, а затем в Гохран. Но даже основатель этого учреждения Георгий Соломон не сомневался, что «большая часть шла по карманам лиц, производивших обыски и изъятия, и лишь ничтожная часть сдавалась в казну». Так, Соломон припоминает встречу с женой чекиста, обладательницей
изысканного царского аграфа (ювелирное украшение в форме застежки или пряжки. – Прим. ред.).

Аграф был в виде ветки из трех маргариток почти в натуральную величину, с несколькими платиновыми листочками. Лепестки маргариток представляли собою прекрасные кабошоны из темно-синей бирюзы, осыпанные мелкими бриллиантами, с сердечками из крупных бриллиантов. Листики были осыпаны бриллиантовой пылью, изображавшей росу. И цветки, и листики, прикрепленные к платиновым пружинкам, дрожали при малейшем движении. Аграф, помимо высокой ценности камней, восхищал художественной работой. На вопрос, откуда у нее эта царская драгоценность, женщина, не смущаясь, ответила: «А мне ее подарил муж…»


Картинки по запросу ювелирные украшения романовых

ЭКСПЕРТЫ ИЗУЧАЮТ ДРАГОЦЕННОСТИ РОМАНОВЫХ И ЮВЕЛИРНЫЕ ИЗДЕЛИЯ ИЗ КОЛЛЕКЦИИ ЮСУПОВЫХ, НАЙДЕННЫЕ СЛУЧАЙНО В НИШЕ СТЕНЫ ИХ ФАМИЛЬНОГО ОСОБНЯКА В МОСКВЕ В 1925 Г.

Фото: dobriiden.ru

ПРИШЛИ ЛЮДИ ИЗ ОСОБОЙ УДАРНОЙ БРИГАДЫ ГОХРАНА

Директор Оружейной палаты Дмитрий Иванов был одним из немногих, смевших протестовать против вывоза и продажи культурных ценностей России за границу. Иванов заступился за коронные регалии российских императоров, ставшие впоследствии основой коллекции Алмазного фонда. Спас серебряный сервиз Екатерины Великой, подаренный ею фавориту Орлову, не дал пустить с молотка золотую шпагу с бриллиантами фельдмаршала Остен-Сакена, героя Отечественной войны и коменданта Парижа. Эту шпагу фельдмаршалу преподнесла столица Франции в благодарность за то, что парижане «почитали себя не в военном положении, но пользовались всеми выгодами и ручательствами мирного времени». Правда, бриллианты из рукоятки шпаги все же вытащили и продали.

Иванов спасал и пасхальные яйца Фаберже от распродажи (до революции фирма Карла Фаберже выполнила 50 пасхальных яиц, которые были вручены заказчикам – членам императорской семьи. – Прим. ред.). Эти яйца попали в Кремль в 1917 году, когда Временное правительство эвакуировало их из-за угрозы наступления немцев на Петроград.

До 1922 года в Кремле хранились все яйца, подаренные императрицам – супруге и матери Николая II, другие императорские ценности мирового значения. В сундуках, ящиках, корзинах, узлах… Но в конце концов в Оружейную палату Кремля пришли люди из особой ударной бригады Гохрана, аккумулировавшего все экспроприированные ценности…

Как писал потом Дмитрий Иванов, «в течение нескольких минут решалась судьба произведений, имевших всемирное значение». Вещи Фаберже в итоге забрали в Валютный фонд Наркомфина, для продажи за границу. Летом 1927 года, после череды ходатайств, Иванову удалось вернуть эти изделия, но ненадолго…

Противостояние с большевиками закончилось предсказуемо: против Иванова сфабриковали обвинение в краже вещей из Оружейной палаты. Он покончил с собой, оставив предсмертную записку: «Не расхищал, не продавал, не торговал, не прятал Палатских ценностей». Историю самоубийства Иванова спецслужбы засекретили, а на следующий день после его кончины бригада Гохрана забрала триста антикварных предметов из Оружейной палаты… Они были проданы западным перекупщикам и коллекционерам.

За два года до смерти Иванов напишет большевистскому начальству: «Все известные в истории попытки использовать произведения искусства для поднятия финансов оказались сплошь неудачными. Результат неизменно был такой же, как если в засуху выходить в поле и поливать его из лейки. Пользы никакой, но вред от утраты культурных ценностей не замедлит дать о себе знать»… Образованный, эрудированный дворянин Иванов приведет исторические примеры: во времена Людовика XIV, Кромвеля, Петра I предпринимались попытки продать и продавались «ненужные» государству и реформаторам ценности. Ни к чему хорошему это никогда не приводило.

ОТ ХАММЕРА ДО ВЕКСЕЛЬБЕРГА

В послереволюционные годы в Гохране были собраны драгоценности Романовых, Оружейной палаты, Русской православной церкви, а также ценности, изъятые у частных лиц. Именно из Гохрана часть культурных ценностей была продана за границу в два этапа – в начале 1920 х и в начале 1930 х годов. Множество ювелирных изделий были переплавлены и проданы в таком виде, чтобы избежать обвинений в продаже награбленного. Некоторые исчезли в неизвестном направлении.

До сих пор считаются пропавшими 6 яиц Фаберже. (Еще два яйца обнаружены в последние два года, но они еще не введены в научный и антикварный оборот.) В 1922 году в описи Оружейной палаты они еще присутствуют. Но затем следы теряются. Начинается беспрецедентная распродажа национального достояния по всему миру, в которой активно участвовали западные перекупщики. Например, американский предприниматель Арманд Хаммер.

Хаммер был одним из немногих, кому довелось общаться и с Лениным, и с Горбачёвым – первым и последним советскими лидерами. Его официально называли другом СССР, а такое звание надо было заслужить… В 1921 году Наркомат внешней торговли и коммерческая компания Хаммера подписали договор о поставке американской пшеницы в РСФСР. Взамен советские власти обязались поставлять Хаммеру икру, пушнину и отдавать реквизированные предметы искусства из Гохрана. В Москве Хаммер прожил 10 лет, покупал картины, скульптуры, собрал огромную коллекцию вещей из русских музеев. Например, ему досталась «Юнона» Рембрандта. Сейчас она хранится в музее Хаммера в Лос-Анджелесе…

В начале 1930 х годов Хаммер вывез 13 пасхальных императорских яиц Фаберже, приобретя их у большевистского правительства в том самом «универсаме Гохран» по бросовой цене, а затем выгодно перепродал на Западе.

Часть яиц попала в знаменитую нью-йоркскую антикварную лавку A La Vieille Russie («В старой России»). Там их впоследствии приобрел миллиардер Малкольм Форбс. Потомки магната не особо почитали искусство и нуждались в деньгах. Они продали коллекцию папы Виктору Вексельбергу, привезшему девять яиц и пару сотен других изделий Фаберже в Россию. Эта сделка, несомненно, ставшая исторической, свершилась в 2004 году и обошлась Вексельбергу более чем в $100 млн.

«В американских таможенных регистрах нет никаких сведений о легальном ввозе императорских яиц Фаберже, которые хранились потом в коллекции Форбса, на территорию Соединённых Штатов, – рассказал «Совершенно секретно» искусствовед Валентин Скурлов. – Остается предположить, что попали они туда по нелегальным каналам. Этим, в частности, занимался американский миллиардер, «друг Ленина» Арманд Хаммер… Вопросов много. Например, почему нет ведомостей передачи через Всесоюзное объединение «Антиквариат» тех же 13 императорских пасхальных яиц Арманду Хаммеру или г-ну Сноуману из фирмы «Вартски» (Лондон), через которого, как он утверждает, прошло 9 императорских яиц».

Россия может потребовать обратно, в случае появления на рынке, те культурные ценности, что в 1920–1930 е годы попали за границу нелегально, теневым путем, считает Скурлов. Ведь фактически они просто были украдены.

МУЗЕЙНЫЕ ВОЙНЫ: ВСЕ ПРОТИВ ВСЕХ

В мире идет скрытая бесконечная музейная война между разными государствами. Например, Германия не один десяток лет отбивается от требований Египта вернуть древнеегипетский бюст царицы Нефертити. Его нашла и вывезла немецкая археологическая экспедиция в начале XX века. Вопрос о возвращении приходилось рассматривать кайзеру, Гитлеру, Эриху Хонеккеру и Ангеле Меркель. Вернуть бюст они отказались. Пару лет назад Германия побоялась экспонировать бюст в Египетском музее в Гизе, куда свозили произведения искусства Древнего Египта.

Греция требует от Британии мраморы Элгина – собрание античных шедевров афинского Акрополя, которые лорд Элгин вывез в Лондон в начале XIX века. Британия также отказывается и боится экспонировать мраморы за границей ввиду их спорного статуса. Италия требует от США вернуть статую «Атлет из Фано». Эту бронзовую древнегреческую скульптуру американцы извлекли со дна Адриатического моря близ итальянского города Фано в 1964 году. Сейчас она находится в музее в Калифорнии. Штаты возвращать скульптуру не желают.

Год назад история музейных войн пополнилась противостоянием Россия – Украина. Украина требует 600 предметов из Музея Айвазовского в Феодосии, там 200 картин плюс графика, личные вещи. А самое главное, до сих пор не решен вопрос со скифским золотом Крыма.

В 2013 году четыре музея Крыма отправили в Амстердам на выставку лучшие экспонаты своих собраний. Это уникальные археологические артефакты из скифского золота, драгоценные камни, шкатулки, мечи, домашняя утварь, декреты, статуи. После того как Крым присоединился к России, возник вопрос, кому Нидерланды должны вернуть ценности. Украина подала иск в окружной суд Амстердама, заявив, что предметы занесены в ее Национальный музейный реестр и принадлежат ей. Но крымские музеи с этим категорически не согласны. Все предметы были найдены на полуострове и хранились в местных музеях. Это Центральный музей Тавриды, Керченский историко-культурный заповедник, Бахчисарайский историко-культурный и археологический музей-заповедник и Национальный заповедник «Херсонес Таврический».

Теперь судьбу коллекции предстоит решить окружному суду Амстердама. 8 апреля 2015 года состоялось заседание. Суд счел необходимым включить Украину в разбирательство, так как она тоже «заявляет свои права на спорные объекты». Заявка самих Нидерландов на участие в деле отклонена. По решению суда до 20 мая 2015 года Украина должна подать в окружной суд Амстердама исковое заявление, чтобы участвовать в процессе.


http://www.sovsekretno.ru/articles/id/4759/
Subscribe
Buy for 10 tokens
Buy promo for minimal price.
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments