wowavostok (wowavostok) wrote,
wowavostok
wowavostok

Category:

Донесения с того света. Плен, как расплата за пробелы в боевой подготовке.

Оригинал взят у kadykchanskiy в Донесения с того света. Плен, как расплата за пробелы в боевой подготовке.
Ещё один случай «выхода на связь» советского солдата, спустя семьдесят с лишним лет после собственной гибели. Слово Денису Писаренко, который стал адресатом донесений с того света:

Сегодня опять приходил очередной парень с войны, показывал свою историю... Целый день перевариваю. Иногда думаю, а почему они все приходят ко мне, солдаты и офицеры РККА, солдаты и офицеры вермахта и СС На сей раз опять жаркое лето 41-го, 170 СД 22 армии.




Действие происходит под Смоленском, где то в полях и лесах. В этот раз, парень малограмотный, такое ощущение что образования не имел никакого. Служил возницей в медсанбате. Все видится от первого лица, поэтому дальнейшее проще писать, от «я», чем от «он».

Действие начинается с того, что везу на повозке раненого, в медсанбат, организованный на поляне. Раненый уже перевязан, но раны его сильные, он без ноги, и я стараюсь на него не глядеть. Лишь разговариваю и с ним и смотрю вперед. Привожу его на поляну, там стоит телег 5 с лошадьми, но возниц нет. Раненые лежат поодаль, в тени, их человек 50, все лежачие, стонут, кто в бреду, кто в сознании. Вокруг них суетится одна врач, и больше никого нет.

Подъезжаю и растерянно спрашиваю " А где все?". Девушка врач матерится, что все трусы, все разбежались, лишь увидев самолеты". Где то действительно летали самолеты, и был слышен гул моторов. Я ей помог вытащить раненого, мы его уложили. Она мне говорит: - "больше я им ничем помочь не могу, у меня больше нет лекарств". И тут, откуда то появляется капитан, из какого то стрелкового батальона. Отводит её в сторону, и что то рассказывает. Периодически они смотрят на меня.

Я в это время рву траву, и даю лошади и грызу соломинку, в желудке со вчерашнего дня пусто. Тут подходит ко мне капитан и говорит: - "Приказываю тебе сидеть и охранять вверенное имущество и лошадей и смотреть за раненными, до подхода сил красной армии. Лошадей с телегами не распрягать, а привязать к сараю, чтоб не разбежались". И начинает удаляться вместе с женщиной врачом. Та изредка на меня оглядывается, ей стыдно убегать и бросать раненых на произвол судьбы.

Но этот капитан, её тащит за руку. Я понимаю, что мы находимся в окружении, что никакого подхода сил красной армии не будет, что они тупо сбегают, и что меня предали, как и всех раненных. Раненные как и я смотрят молча им вслед, все понимают без слов ситуацию. Я начинаю привязывать лошадей, и тут появляется стая немецких штурмовиков, один самолет отделился, и направился прямо к нам. Остальные ушли своим курсом. Штука (юнкерс) бросает бомбу и она попадает в лошадей стоящих прямо посреди поляны. Несколько лошадей убито, остальные пугаются и переворачивают телеги и разбегаются.

Самолет развернулся, и уже стал заходить на снижение, стреляя по раненным из пулеметов. Все лежали в один ряд, поэтому он выбрал удачный ракурс и одной очередью выкосил всех сразу. И улетел вслед за теми самолетами. Картина увиденного настолько потрясла меня, тут и предательство, тут и массовое убийство....

Моя лошадь вместе с телегой убежала в неизвестном направлении, и я не знал, куда сейчас мне идти. Да и было все равно куда идти, убьют так убьют. Побрел куда глаза глядят, вскоре вышел на дорогу и побрел хз куда. Находился в шоковом состоянии. Хотелось страшно пить, до кучи невыносимо макушку пекло солнце, периодически темнело в глазах. Через какое то время мне на пути попался немецкий БТР. Солдаты выскочили из него, и радостно мне махали, видимо это были свежие части, не участвовавшие в боях.

Я поравнялся с ними, они меня окружили и смеялись, что то говорили, но я не понимал, я молча стоял, будь что будет. Но солдаты шутили по доброму как то, хлопали меня по плечу и говорили: "Гут! Гут! Сталин капут"!  Один из них вытащил камеру и меня фотографировал, второй угостил шоколадкой, третий что то пытался спросить, но я не понимал.

Тут им старший (унтер-офицер) скомандовал, они погрузились на БТР и поехали, махали мне рукой чтоб я шел на запад. Ну я так пошёл, посасывая шоколад. Через какое то время увидел колонну военнопленных двигавшейся параллельно. Конвой увидел меня, свистел и махал руками, чтоб я шёл к ним. А мне было всё равно, что со мной будет, ну  и повиновался.

Направился к ним, они меня втиснули в ряды, и погнали с общей колонной. Рядом идущий пленный спросил: - "Откуда будешь"? Я: - "Из 170 стрелковой, медсанбат". Он " а я из 51 стрелкового" (батальона, полка, корпуса????).

Ближе к ночи, пришли к какой то яме. Стали всех туда загонять. Яма была как карьер. ( я как то видел по телеку уже эту яму с солдатами из немецких хроник, куда охрана бросала хлеб как собакам). Через какое то время я умер там от голода.

Вечером после работы поискал и прочитал про эту дивизию...вот что нашел В начале июля 1941 г. 170-я дивизия оборонялась в Себежском УРе. К вечеру 5 июля 1941 г. дивизия занимала оборону в Себежском УРе на фронте ЗАСИТИНО в 35 км сев-западнее г. Себеж, ВЕТРЕНКА, ТЕПЛЮКИ (на реке Сарьянка). В 6.00 7 июля 1941г. противник перешёл в наступление и частично ворвался на передний край Себежского УР, заняв ВОПУЛИ (ныне Ополи в 5 км севернее станция Зилупе), МИГЕЛИ.

К 13 июля 1941г. правый фланг дивизии отошел и вёл бой на рубеже ИДРИЦА, КНЯЗЕВО. К 20.00 18 июля дивизия с боем отходила с рубежа оз. Жадро, ЯКИМОВО (есть) на рубеж оз. Ущо, СУКОЛЖИНО т.е. в направлении г. Новосокольники. К утру 21 июля дивизия действовала двумя отдельными группами: первая вела бой на рубеже СТАНЬКОВО (в 15 км западнее г. Новосокольники), оз. Удрай, а вторая группа была окружена в лесу западнее нас. пункта УСТЬ-ДОЛЫССЫ (в 28 км юго-восточнее г. Пустошка) и стремилась выйти из окружения.



Subscribe
Buy for 10 tokens
Buy promo for minimal price.
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments