wowavostok

Categories:

По страницам истории, освежите память (так сказать)! Славик Яблочный

Крестовые походы и еврейские погромы 1096 год 

(Первый крестовый...? - Думаю что нет, просто так совпало по времени)

****

Еврейские погромы во время Первого крестового похода, также известные как Германский крестовый поход (ивр. ‏גזירות תתנ"ו‏‎, гзиро́т татна́в (Погромы 4856 года

— ранний этап Первого крестового похода, в котором толпы французских и немецких крестьян, обедневших рыцарей, нищих и бродяг устроили в 1096 году погром еврейских общин Европы. Занимает важное место в современной еврейской историографии и рассматривается как первый пример вспышки массового народного антисемитизма, с тех пор распространявшегося всё шире и приведшего в итоге к Холокосту.

****

Предыстория

Хотя ан­ти­се­мит­ские на­стро­е­ния су­ще­ство­ва­ли в Ев­ро­пе сто­ле­ти­я­ми, боль­шо­го раз­ма­ха дей­ствий в от­но­ше­нии ев­ре­ев ка­то­ли­ка­ми не пред­при­ни­ма­лось с мас­со­вых из­гна­ний и при­ну­ди­тель­ных кре­ще­ний VII века. Бес­по­ряд­ки в Меце в 888 году не по­лу­чи­ли боль­шой из­вест­но­сти в своё время. В 992 году в си­на­го­гу Ли­мо­жа с целью очер­нить ев­ре­ев было под­бро­ше­но чу­че­ло го­род­ско­го пра­ви­те­ля, и по­сколь­ку народ верил в иудей­скую магию, ев­рей­ская об­щи­на го­ро­да ока­за­лась в се­рьёз­ной опас­но­сти. Ещё зна­чи­тель­нее стали ан­тие­в­рей­ские вы­ступ­ле­ния в 1000 году во время празд­но­ва­ния ты­ся­че­лет­ней го­дов­щи­ны Рож­де­ства Хри­сто­ва, после ко­то­ро­го ожи­да­лось Вто­рое при­ше­ствие Спа­си­те­ля, и угро­за из­гна­ния ев­ре­ев из Трира в 1066 году, ко­то­рая не была при­ве­де­на в ис­пол­не­ние из-за ча­стых граж­дан­ских бес­по­ряд­ков и неустой­чи­во­сти вла­сти. Ис­то­ри­ка­ми все эти слу­чаи рас­смат­ри­ва­ют­ся как тра­ди­ци­он­ные формы объ­яв­ле­ния ев­рей­ских общин вне за­ко­на вла­стя­ми, а не ре­зуль­тат на­па­де­ния раз­нуз­дан­ной толпы.

В Ис­па­нии с VIII века шла Ре­кон­ки­ста, где хри­сти­ане на­хо­ди­лись в со­сто­я­нии нескон­ча­е­мой войны с му­суль­ма­на­ми из Аф­ри­ки, за­хва­тив­ши­ми к тому вре­ме­ни почти весь Пи­ре­ней­ский по­лу­ост­ров. Несмот­ря на то что за­ча­стую при­чи­ной сра­же­ний ока­зы­ва­лась обык­но­вен­ная по­ли­ти­че­ская борь­ба за власть, ино­гда эти столк­но­ве­ния раз­рас­та­лись до мас­шта­ба на­сто­я­щих ре­ли­ги­оз­ных войн. Ры­ца­ри, при­хо­див­шие в Ис­па­нию из-за Пи­ре­не­ев, охот­но да­ва­ли выход сво­е­му долго сдер­жи­ва­е­мо­му ре­ли­ги­оз­но­му пылу и уби­ва­ли ев­ре­ев на­ря­ду с му­суль­ма­на­ми. Это на­столь­ко вы­хо­ди­ло за рамки обыч­ных во­ен­ных экс­цес­сов, что в 1063 году папа Алек­сандр II вы­пу­стил буллу с пре­ду­пре­жде­ни­ем про­тив на­па­де­ний на ев­ре­ев, ад­ре­со­ван­ную «всем епи­ско­пам Ис­па­нии», а также ар­хи­епи­ско­пу и ви­кон­ту Нар­бон­ны[2]. Также цер­ко­вью были пре­се­че­ны при­ну­ди­тель­ные кре­ще­ния ев­ре­ев ко­ро­ля­ми Ро­бер­том II во Фран­ции и Ген­ри­хом II в Гер­ма­нии в 1007—1012 годах. В этих слу­ча­ях мест­ное на­се­ле­ние оста­ва­лось пас­сив­ным, предо­став­ляя вла­стям самим рас­счи­ты­вать­ся с евреями[2].

Стра­сти раз­го­ре­лись снова в но­яб­ре 1095 года с при­зы­вом от­во­е­вать Свя­тую землю у невер­ных, из­дан­ным папой рим­ским Ур­ба­ном II на Клер­мон­ском со­бо­ре, ко­то­рый в том числе при­зы­вал по­ка­рать мечом не толь­ко му­суль­ман, но и всех, кто ис­по­ве­до­вал любую дру­гую ре­ли­гию, от­лич­ную от хри­сти­ан­ства. Про­по­ве­ди папы и дру­гих цер­ков­ни­ков легли на бла­го­дат­ную почву, так как идеи кре­сто­во­го по­хо­да уже были по­пу­ляр­ны среди на­ро­да в за­пад­но­ев­ро­пей­ских го­су­дар­ствах (пер­вые ев­рей­ские об­щи­ны Фран­ции были ата­ко­ва­ны ещё в июне и июле 1095 года[3]), и вы­зва­ли мас­со­вый ре­ли­ги­оз­ный пси­хоз среди на­се­ле­ния. Вско­ре весть о по­хо­де на Во­сток рас­про­стра­ни­лась по всей За­пад­ной Ев­ро­пе, в ос­нов­ном на тер­ри­то­ри­ях с фран­ко­языч­ным на­се­ле­ни­ем, к за­па­ду от Рейна, и стали воз­ни­кать опол­че­ния, чей поход обыч­но на­зы­ва­ют Кре­стьян­ским кре­сто­вым по­хо­дом.

Массы людей под пред­во­ди­тель­ством мест­ных ли­де­ров — бед­ных ры­ца­рей или даже кре­стьян — со­би­ра­лись на се­ве­ре Во­сточ­ной Фран­ции, в Ло­та­рин­гии, Фланд­рии и самой Гер­ма­нии, осо­бен­но в за­пад­ной её части. Среди раз­но­шерст­ной пуб­ли­ки, со­став­ляв­шей эти опол­че­ния, вы­де­ля­ет­ся фи­гу­ра Петра Пу­стын­ни­ка, мо­на­ха-от­шель­ни­ка, ко­то­рый объ­явил себя про­воз­гла­си­те­лем кре­сто­во­го по­хо­да, как толь­ко до него дошли пер­вые из­ве­стия о Клер­мон­ском со­бо­ре. Из Фран­ции он при­был в Гер­ма­нию, про­по­ве­дуя в при­рейн­ских об­ла­стях, и со вре­ме­нем в гла­зах масс пре­вра­тил­ся в пророка[4].

Об­ще­ствен­ное на­стро­е­ние очень быст­ро вышло из-под кон­тро­ля церк­ви и стало неуправ­ля­е­мым. Ев­рей­ские хро­ни­ки тех вре­мён ука­зы­ва­ют на то, что после про­по­ве­ди папы и при­зы­ва к по­хо­ду в Свя­тую землю в го­ро­дах Фран­ции и Гер­ма­нии на­ча­ли раз­но­сить­ся при­зы­вы уби­вать ев­ре­ев, ко­то­рые были вос­при­ня­ты не мень­ши­ми вра­га­ми, чем му­суль­мане, за вину в рас­пя­тии Хри­ста и непри­я­тие хри­сти­ан­ской веры[5]. 

О на­сту­пив­ших на­стро­е­ни­ях можно су­дить по сло­вам фран­цуз­ско­го гер­цо­га Гот­ф­ри­да Бу­льон­ско­го, од­но­го из ли­де­ров Пер­во­го кре­сто­во­го по­хо­да, ко­то­рый по­клял­ся «пойти в этот поход толь­ко после от­мще­ния крови рас­пя­то­го про­ли­ти­ем крови ев­рей­ской, пол­ным ис­ко­ре­не­ни­ем тех, кто на­зы­ва­ют­ся ев­ре­я­ми, таким об­ра­зом смяг­чив гнев Божий»[6]. 

По сло­вам хро­ни­ки Си­геб­ер­та из Жам­блу, «пока евреи не кре­стят­ся, не смо­жет раз­ра­зить­ся война во славу Гос­по­да. Тех, кто от­ка­жет­ся, нужно ли­шить своих прав, уби­вать и из­го­нять из городов»[5].

Также мно­гие хри­сти­ане вме­сто того, чтобы уез­жать за ты­ся­чи ки­ло­мет­ров ради борь­бы с невер­ны­ми, пред­по­чли спер­ва разо­брать­ся с невер­ны­ми среди них — ев­ро­пей­ски­ми ев­ре­я­ми. Это под­твер­жда­ет­ся в за­пи­сях Со­ло­мо­на бар Сам­со­на, из­вест­но­го ев­рей­ско­го хро­ни­ста тех вре­мён: «…про­хо­дя через места, где жили евреи, ска­за­ли один дру­го­му: вот мы идем в даль­ний путь ис­кать дом позора[7] и мстить ис­ма­иль­тя­нам, а вот евреи, жи­ву­щие среди нас, отцы ко­то­рых убили его и рас­пя­ли его ни за что. Ото­мстим-ка им сна­ча­ла, и ис­тре­бим их из на­ро­дов, и не будет по­мя­ну­то боль­ше имя Из­ра­и­ля, или будут как мы и при­зна­ют сына злоумышления[8]»[4].

Более прак­тич­ной при­чи­ной по­гро­мов стала от­ча­ян­ная нужда кре­сто­нос­цев в день­гах, а рей­н­ланд­ские ев­рей­ские об­щи­ны были бо­га­ты­ми и пре­успе­ва­ю­щи­ми, что было вы­зва­но их изо­ля­ци­ей и раз­ре­ше­ни­ем вла­стей за­ни­мать­ся ро­стов­щи­че­ством 

(в то время как ка­то­ли­кам де­лать это было за­пре­ще­но). 

На­па­де­ния на ев­ре­ев стали про­стей­шим спо­со­бом раз­бо­га­теть— будь то путём пря­мо­го гра­бе­жа или за счёт вы­ку­па, ко­то­рый были вы­нуж­де­ны пла­тить по­пав­шие в беду об­щи­ны. Мно­гим кре­сто­нос­цам при­ш­лось впасть в долги перед ев­рей­ски­ми ро­стов­щи­ка­ми ради при­об­ре­те­ния ору­жия и дру­го­го сна­ря­же­ния для по­хо­да, таким об­ра­зом, убий­ства и гра­бёж ев­ре­ев обос­но­вы­ва­лись свя­ты­ми целями[9].

Им­пе­ра­тор Ген­рих IV при­ка­зал всем гер­цо­гам и епи­ско­пам за­щи­щать ев­ре­ев от кре­сто­нос­цев. На на­чаль­ном этапе Гот­ф­рид Бу­льон­ский под дав­ле­ни­ем им­пе­ра­то­ра был вы­нуж­ден от­ка­зать­ся от клят­вы. Также и Петр Пу­стын­ник, войдя со своим от­ря­дом в Трир в ап­ре­ле 1096 года, не вёл ан­тие­в­рей­ской аги­та­ции и огра­ни­чил­ся взи­ма­ни­ем дани с ев­рей­ской об­щи­ны. Всё из­ме­ни­лось, когда после его ухода в рейн­скую об­ласть хлы­ну­ли кре­стьян­ские массы и го­род­ская чернь из Фран­ции. Го­род­ским и цер­ков­ным вла­стям было не под силу удер­жать их от насилия[10].

Обзор событий

После пер­вых сбо­ров и ор­га­ни­за­ции было со­зда­но пять опол­че­ний, ко­то­рые от­пра­ви­лись одно за дру­гим из Фран­ции на Во­сток, в гер­ман­ские земли; по пути к ним при­со­еди­ня­лись ма­лень­кие от­ря­ды и немно­го­чис­лен­ные ры­ца­ри. Ос­нов­ное опол­че­ние под пред­во­ди­тель­ством Петра Пу­стын­ни­ка вы­сту­пи­ло в на­ча­ле марта из Фран­ции, и 12 ап­ре­ля про­по­вед­ник уста­но­вил свою ка­фед­ру в Кёльне. На пути в Кёльн к нему при­со­еди­ни­лись несколь­ко фран­цуз­ских ры­ца­рей, в том числе семья Пуас­си, од­но­му из чле­нов ко­то­рой, Валь­те­ру Го­ля­ку, пред­сто­я­ло сыг­рать важ­ную роль в кре­стьян­ском по­хо­де. 20 ап­ре­ля Петр во главе са­мо­го боль­шо­го опол­че­ния от­пра­вил­ся на юг вслед за мень­шим от­ря­дом, вы­шед­шим рань­ше под пред­во­ди­тель­ством Голяка[4].

Ев­рей­ские об­щи­ны при­рейн­ских рай­о­нов были пре­ду­пре­жде­ны о на­дви­га­ю­щей­ся опас­но­сти фран­цуз­ски­ми ев­ре­я­ми, ко­то­рые снаб­ди­ли Петра пись­мом для об­щи­ны го­ро­да Трира. В нём пред­пи­сы­ва­лось ,«обес­пе­чи­вать Петра про­ви­ан­том всюду, где его путь будет про­хо­дить через ев­рей­ское по­се­ле­ние», а Петр вза­мен дол­жен был «от­зы­вать­ся о ев­ре­ях бла­го­склон­но, ибо он монах и к его сло­вам прислушиваются»[2]. Об­щи­на Майн­ца, а вслед за ней и дру­гие, объ­яви­ла об­ще­ствен­ный пост и уста­но­ви­ла мо­лит­вы, на­де­ясь из­бе­жать горь­кой участи[4].

После того как опол­че­ния вы­сту­пи­ли из Кёль­на, в го­ро­де оста­лись в ос­нов­ном фран­цуз­ские вой­ска во главе с неким Фольк­ма­ром или Фуль­ке­ром, ры­ца­рем и быв­шим мо­на­хом. Воз­мож­но, это были те же люди, ко­то­рые ранее устро­и­ли по­гро­мы во Фран­ции, но точ­ных све­де­ний об этом нет. Через несколь­ко дней после ухода Петра Пу­стын­ни­ка Фольк­мар дви­нул­ся в Чехию, и во вто­рой по­ло­вине мая его вой­ска при­бы­ли в Прагу. Чеш­ский князь Бр­же­ти­слав II во­е­вал в то время в Поль­ше, го­ро­дом управ­лял епи­скоп Козь­ма. Фольк­мар по­ста­вил мест­ную ев­рей­скую об­щи­ну перед вы­бо­ром: кре­ще­ние или смерть. Мно­гие члены об­щи­ны были убиты, мно­гие дру­гие были за­став­ле­ны кре­стить­ся. Епи­скоп, пы­тав­ший­ся спа­сти ев­ре­ев, ни­че­го не мог пред­при­нять про­тив во­ору­жён­ной силы крестоносцев[4].

В это же время на­ча­лись страш­ные по­гро­мы в рейн­ских го­ро­дах, во главе ко­то­рых стоял вли­я­тель­ный фран­цуз­ский ви­конт Гийом ле Шар­пан­тье (Ви­льям Плот­ник). 3 мая его вой­ска вошли в Шпай­ер, где 9 мая толпа схва­ти­ла де­ся­те­рых ев­ре­ев, при­ве­ла в цер­ковь и хо­те­ла на­силь­но кре­стить. После от­ка­за все были убиты. Осталь­ную об­щи­ну спас­ло вме­ша­тель­ство епи­ско­па, ко­то­рый явил­ся со зна­чи­тель­ной во­ен­ной силой, по­да­вил вос­ста­ние и на­ка­зал неко­то­рых из за­чин­щи­ков, при­ка­зав от­ру­бить им руки. Потом он со­брал ев­ре­ев в своём замке, где они скры­ва­лись всю неде­лю, пока по­гром­щи­ки бес­но­ва­лись в городе[2][4].18 мая эти же вой­ска при­бы­ли в Вормс. Раз­нес­ся слух, что евреи убили хри­сти­а­ни­на, чтобы при по­мо­щи трупа отра­вить го­род­ские ко­лод­цы. Здеш­ний епи­скоп пы­тал­ся по­на­ча­лу за­щи­тить об­щи­ну, укрыв её в кре­по­сти, од­на­ко через неде­лю со­об­щил чле­нам об­щи­ны, что боль­ше не может вы­дер­жи­вать осаду толпы. После этого 24 мая на­чал­ся гра­бёж и со­жже­ние ев­рей­ских домов и си­на­гог, а 31 мая на­ча­лась резня. 800 ев­ре­ев были убиты. Боль­шин­ство вы­жив­ших во время Вормс­ской резни, по­став­лен­ных перед вы­бо­ром «кре­ще­ние или смерть», пред­по­чли по­кон­чить жизнь са­мо­убий­ством, кре­ще­ние вы­бра­ли лишь немногие[4].

После этого Шар­пан­тье и его люди пошли в Майнц, где встре­ти­лись с гра­фом Флон­хай­ма, Эмихо Лей­нин­ге­ном, вла­де­тель­ным немец­ким ари­сто­кра­том, ко­то­рый утвер­ждал, что в бо­же­ствен­ном от­кро­ве­нии по­лу­чил при­каз: при­ве­сти ев­ре­ев к кре­ще­нию или уни­что­жить их. 

В Майн­це 1300 ев­ре­ев за боль­шую плату были укры­ты мест­ным епи­ско­пом Рут­хар­дом, род­ствен­ни­ком Эмихо, а мно­же­ство го­ро­жан во главе с бур­го­мистром, гвар­ди­ей епи­ско­па и во­ору­жён­ны­ми ев­рей­ски­ми от­ря­да­ми вста­ли на пути пер­вых волн погромщиков[2][11]. Несмот­ря на это, армия из 10 000 муж­чин, жен­щин и детей, при­шед­шая в город под пред­во­ди­тель­ством Шар­пан­тье и Эмихо, овла­де­ла зам­ком епи­ско­па и учи­ни­ла резню, уби­вая всех, кто от­ка­зы­вал­ся из­ме­нить своей вере, при­чём при по­гро­ме часть го­ро­да за­го­ре­лась. Из всей об­щи­ны толь­ко 60 самым бо­га­тым ев­ре­ям уда­лось вы­ехать из го­ро­да, но позже они были пой­ма­ны и убиты[2].

После по­гро­мов в Майн­це армия Эмихо ушла на юг, через Вюрц­бург и Нюрн­берг, и 10 июня при­бы­ла в Ре­генс­бург, где часть ев­рей­ской об­щи­ны была уни­что­же­на, а часть на­силь­но кре­ще­на, после чего кре­сто­нос­цы про­дол­жи­ли свой путь к гра­ни­це Вен­грии[4].

Тем вре­ме­нем в Кёльн при­шли новые опол­че­ния, со­сто­я­щие из ан­гли­чан, фла­манд­цев и ло­та­рин­г­цев, ко­то­рые также не же­ла­ли от­ка­зы­вать­ся от своей до­бы­чи. По­гром на­чал­ся ве­че­ром празд­ни­ка Пя­ти­де­сят­ни­цы гра­бе­жа­ми и со­жже­ни­ем ев­рей­ских свя­щен­ных книг. Ар­хи­епи­скоп го­ро­да, Гер­ман III, вме­сте с го­ро­жа­на­ми пы­тал­ся спря­тать ев­ре­ев, а затем рас­пре­де­лил их по близ­ле­жа­щим де­рев­ням. Около трёх недель бе­жен­цам уда­ва­лось скры­вать­ся, но 24 июня евреи были об­на­ру­же­ны в Нойсе, днём позже — в Ве­ве­лин­г­хо­вене, а 30 июня — в Мёрсе. Все, кто от­ка­зал­ся кре­стить­ся, были убиты[4][12].

Вско­ре резня рас­про­стра­ни­лась ещё шире. По опи­са­ни­ям хро­ник, пре­сле­до­ва­ния охва­ти­ли не толь­ко Гер­ма­нию и Фран­цию, но и пе­ре­ки­ну­лись также в Се­вер­ную Ита­лию, где со­хра­ни­лось имя как ми­ни­мум од­но­го му­че­ни­ка, Моше из Павии. Давид Ганс, зна­ме­ни­тый ев­рей­ский ис­то­рик и аст­ро­ном XVI века, пишет, что «в тот год волна по­гро­мов и пре­сле­до­ва­ний про­ка­ти­лась по всей Гер­ма­нии, Фран­ции, Ита­лии, Ис­па­нии, Ан­глии, Вен­грии и Бо­ге­мии. Эти пре­сле­до­ва­ния были бес­пре­це­дент­ны по своей жестокости»[2].

За май и июнь 1096 года в по­гро­мах по­гиб­ли от 5000 до 12 000 ев­ре­ев, нема­лая часть ко­то­рых сами пред­по­чли уме­реть, но не от­ка­зать­ся от своей веры[2][12].

Поведение евреев во время погромов

Поначалу рейнские общины, которым долго удавалось избегать открытых нападений, убаюкивали себя уверенностью, что «с ними этого случиться не может». Очевидно, они были введены в заблуждение и считали, что подобно евреям во Франции им придётся только обеспечить проходящих крестоносцев провиантом и прочими запасами, и с готовностью приняли на себя это дополнительное бремя. Так, старейшины Майнца писали: «Что же касается нас, у нас нет повода для опасений. У нас даже слухи не ходят о каких-либо задуманных преследованиях или о мече, занесенном над нашими головами»[2]. Рейнские евреи не сразу поняли, что на этот раз им придётся иметь дело не с каким-то единым руководством, а со стихийно возникающими разрозненными бандами. Иной раз им удавалось откупиться и отряды проходили, не причиняя евреям вреда, но идущие вслед за ними не считали себя обязанными следовать их примеру[2].

После того как евреи осознали, что их выбор — крещение или смерть, во многих местах началось ритуальное самоуничтожение, вдохновлённое еврейскими мучениками прошлого

*Подобные акты героизма совершались как ритуальное убийство, специальными ножами, заточенными в соответствии с еврейским законом об убиении жертвенных животных. Евреи убивали себя, свои семьи и даже маленьких детей и младенцев, чтобы те не стали христианами. В некоторых случаях признанные мудрецы общины следили за этими массовыми убийствами и уходили из жизни последними, покончив с собой[2][11].

Не все в гонимых общинах кончали жизнь самоубийством. Многие погибли от руки нападающих, не имея возможности присоединиться к акту самоуничтожения. Другие падали духом, в последний момент отказываясь от самоубийства, и были убиты погромщиками. Третьи уступали и принимали крещение, дабы сохранить себе жизнь. Многих физически принуждали креститься — по рассказам, евреев Мерса заперли на ночь и тщательно охраняли, чтобы они не смогли покончить с собой, а утром насильно поволокли к крещенской купели[2].

Большинство крестившихся со временем вернулось к своей вере. В частности, так поступила община Регенсбурга, где во время погрома толпа с благословения местных церковных чинов крестила евреев в Дунае. После того как крестоносцы покинули эту местность, община вернулась к исповедованию иудаизма[2]. 

Германский император Генрих IV, находившийся в конфронтации с Ватиканом, объявил насильственное крещение недействительным и разрешил обращённым, не скрываясь, вернуться в иудаизм. Евреи, не прошедшие крещение, тепло приняли вернувшихся. Раши, крупный еврейский общественный деятель того времени, не только разрешил евреям пить сделанное ими вино, но также позволил им исполнять ритуальные функции коэнов. В целом в памяти потомков остался только беспримерный героизм мучеников, чьи подвиги превозносились во множестве стихов, большинство которых включены в постоянную литургию в европейских синагогах[2].

Отношение церкви к погромам

Почти везде цер­ков­ные иерар­хи при­ни­ма­ли сто­ро­ну ев­ре­ев.Офи­ци­аль­ная по­зи­ция церк­ви того вре­ме­ни, ос­но­вы­ва­ясь на пи­са­ни­ях IV—VI веков, гла­си­ла, что по­ло­же­ние ев­ре­ев в об­ще­стве и само их су­ще­ство­ва­ние яв­ля­лись «сви­де­тель­ством веры», ко­то­рое под­твер­жда­ло право­ту хри­сти­ан­ства. Счи­та­лось, что в бу­ду­щем ев­ре­ям пред­сто­я­ло при­знать Хри­ста, ко­то­ро­го они ко­гда-то от­верг­ли, и в конце дней доб­ро­воль­но при­нять кре­ще­ние. Тео­ло­ги спо­ри­ли о том, имеют ли на­силь­ствен­но кре­щён­ные евреи право вер­нуть­ся к иуда­из­му после того, как они про­шли та­ин­ство кре­ще­ния, сверхъ­есте­ствен­ное дей­ствие ко­то­ро­го прак­ти­че­ски непод­власт­но человеку[4].

Как бы то ни было, в со­от­вет­ствии с упо­мя­ну­той по­зи­ци­ей убий­ство ев­ре­ев за­пре­ща­лось цер­ко­вью. Это под­твер­жда­ет­ся хро­ни­стом Гюго из Фла­ви­ньи: 

«Про­сто по­ра­зи­тель­но, что в один и тот же день в со­вер­шен­но раз­ных ме­стах могли про­изой­ти такие по­бо­и­ща. Ре­за­ли и уби­ва­ли в еди­ном диком по­ры­ве, несмот­ря на то, что это осуж­да­лось как по­сту­пок, несов­ме­сти­мый с ре­ли­ги­ей. Оче­вид­но, что по­бо­и­ща нель­зя было предот­вра­тить, несмот­ря на страх от­лу­че­ния от церк­ви, на­ла­га­е­мо­го мно­ги­ми свя­щен­ни­ка­ми на тех, кто за­пят­нал руки кро­вью, равно как и на угро­зу на­ка­за­ния, ис­хо­дя­щую от мно­гих свет­ских правителей»[2].

Можно также пред­по­ло­жить, что в ос­но­ве цер­ков­ной по­зи­ции ле­жа­ли зем­ные ин­те­ре­сы, то есть необ­хо­ди­мость за­щи­тить важ­ный ис­точ­ник до­хо­дов епи­ско­пов, управ­ляв­ших городами[4].

Вика

****

P.S.

Как видно из строк выше, евреи почему то боялись христианства как ада, только вот не совсем понятно почему ?!  Да и данные о том что католикам было запрещено давать деньги в рост (под %) тоже довольно таки интересные. (не знал об этом)

Ну да ладно, важно как и какими способами Христианство шагало по Европе. Признаться путь такой ужасный что слов нет. В таком случае - какое количество евреев и не только, погибло за всё время Крестовых походов? (думаю что очень и очень много)

Еще по теме https://www.proza.ru/2015/09/16/823

ИСТОЧНИК

Buy for 10 tokens
Buy promo for minimal price.

Error

Anonymous comments are disabled in this journal

default userpic

Your reply will be screened

Your IP address will be recorded