wowavostok

Category:

Последний государь Российской Империи и его убийцы

ПОСЛЕДНИЙ ГОСУДАРЬ РОССИЙСКОЙ ИМПЕРИИ И ЕГО УБИЙЦЫ. 

 Когда говорят об убийстве царской семьи, то редко кто вспоминает , что незадолго до этого злодеяния ленинцев , под Пермью убили того, в пользу кого отрёкся Николай II и кто не желая становиться императором или диктатором, вверенной ему властью наделил Учредительное собрание решать , по какому пути дальше жить и развиваться России.

Великий князь Михаил Александрович Романов, младший сын императора Александра III и императрицы Марии Федоровны, брат императора Николая II, родился в Санкт-Петербурге 4 декабря (22 ноября по старому стилю) 1878 года.

В 1898 году, после смерти от туберкулеза среднего брата Георгия, Михаил Александрович стал наследником престола. Он унаследовал значительную долю его имущества, в том числе обширное имение Брасово.

Император Александр III с детьми. Крайний слева — великий князь Михаил Александрович. За отцом стоит Николай, будущий император Николай II

После рождения у Николая II наследника — сына Алексея, Михаил получил звание "правителя государства" и права регентства при малолетнем цесаревиче.

С самого рождения Михаил Александрович был записан в целый ряд элитных подразделений Русской императорской армии: был шефом 129-го пехотного полка, в 1898 году произведен в корнеты лейб-гвардии Кирасирского Ее Императорского Величества полка. В 1901 году окончил Михайловское артиллерийское училище. С учебной целью нес офицерскую службу в лейб-гвардии Преображенском полку и в Конной артиллерии.

В мае 1901 года был назначен членом Государственного совета.

С 1905 года командовал эскадроном лейб-гвардии Кирасирского Е.И.В.полка. С 1908 года — командир 17-го гусарского Черниговского полка, в 1912 году — Кавалергардского полка.

На одном из полковых праздников великому князю в числе других жен офицеров была представлена Наталия Сергеевна Вульферт ( урождённая Шереметевская) . Между ними разгорелся роман.

Наталья Сергеевна между мужем поручиком Владимиром Вульфертом и его командиром — Великим князем Михаилом Александровичем.

Браку великого князя предшествовал длительный роман… В 1908 году он командовал эскадроном Кирасирского Ее Величества полка, шефом которого состояла мать великого князя, вдовствующая императрица Мария Федоровна. Полк стоял в Гатчине, под Петербургом. Там на одном из полковых праздников великому князю в числе других жен офицеров была представлена Наталия Сергеевна Вульферт. Это, казалось бы, мимолетное знакомство перешло в длительный роман…

Наталия Сергеевна Вульферт была женщиной красивой и образованной; происходила она из очень интеллигентной семьи. Ее отец, С. Шереметевский, был известным адвокатом. Первым браком Наталия Сергеевна вышла за музыканта С. Мамонтова, вторым за кирасирского офицера Вульферта. В третьем браке с великим князем Наталия Сергеевна получила фамилию Брасовой (из воспоминаний графини Л.Н. Воронцовой-Дашковой).

Брака Великого князя и Натальи Вульферт категорически не желали ни его брат император Николай II, ни его мать вдовствующая императрица.

6 августа (24 июля по старому стилю) 1910 года Наталия Сергеевна родила великому князю Михаилу сына Георгия. Согласно распоряжению императора, Георгий был возведен в "потомственное дворянское Российской Империи достоинство, с предоставлением ему фамилии Брасов и отчества Михайлович". Фамилия была дана по названию имения, принадлежавшего великому князю.

В октябре 1912 года великий князь Михаил тайно венчался с Наталией Вульферт в Вене в сербском православном храме.

Из-за морганатического брака, в который вступил Михаил Александрович, император Николай II в декабре 1912 года указом снял с него звание "правителя государства" и регента. Имения великого князя были переданы под государственную опеку. Николай II запретил "своевольному брату" въезжать в пределы России. Михаил был вынужден жить за границей как частное лицо.

Прожив некоторое время в Австро-Венгрии, Михаил Александрович вместе с семьей переехал в Великобританию, где поселился в приобретенном им замке Небворт близ Лондона.

С началом Первой мировой войны в ответ на свою просьбу служить Отечеству, он получил разрешение вернуться в Россию и поступить в действующую армию (в звании генерал-майор).

Великий князь Михаил Александрович выступил инициатором создания Кавказской Туземной конной дивизии , известной всем как Дикая дивизия и стал первым ее начальником. Дивизия комплектовалась горцами и закавказцами, которые любили и уважали Великого князя Михаила Александровича и имя его произносили с гордостью: "Велики Кенезь Михалка - бират Царя". Причём обращались к нему на "ты", как впрочем, и ко всем другим командирам.

«Офицеры  любили его за дивные душевные качества. Дикие же горцы-всадники – за его храбрость и ещё больше за то, что "наш Михаил – брат самого Государя". Тут любовь переходила просто в обожание. Горцы его боготворили» — так писал в своих мемуарах генерал-майор А.И.Спиридович

Попасть в Туземную Дивизию всем желающим горцам было не легко. Набор в неё производился в первую очередь из элитных полков , по рекомендациям. Принимали также отличившихся ранее в боях и имевших государственные награды. Исключение составляли всадники Абреческой сотни, набранные из осужденных и разыскиваемых преступников, специально амнистированных по этому поводу [*] .

За время своей боевой деятельности Кавказская туземная конная дивизия понесла большие потери. За три года через службу в дивизии прошли в общей сложности более семи тысяч всадников — уроженцев Кавказа и Закавказья. Полки дивизии несколько раз пополнялись прибывавшими с мест их формирования запасными сотнями. За один только 1916 год дивизия провела 16 конных атак. Всадники и офицеры прославились как отважные воины, «идущие на войну, как на пир, на праздник» и покрыли ореолом славы и мужества свой боевой путь. К тому же за все время существования Дикой дивизии , в ней не было ни одного случая дезертирства.

^ Великий князь Михаил Александрович с супругой в период командования им Кавказской Туземной конной дивизией. К осени 1915 года все ранее наложенные на Великого князя из-за его женитьбы ограничения были сняты, а Наталье Сергеевне пожалован титул графини Брасовой .

Многочисленные сослуживцы Великого князя оставили свои воспоминания о его смелых и отважных действиях на передовой. Сменивший же его грузинский князь Багратион оказался трусом и негодяем [**] . Сам Михаил Александрович вместо дивизии получил в командование 2-й кавалерийский корпус, но все равно часто бывал в расположении Дикой дивизии.

За отличия в боях в марте 1915 года был награжден орденом Святого Георгия 4-й степени и Георгиевским оружием , а в 1916 году был воспроизведен в чин генерал-лейтенанта, а затем в том же году — в чин генерал-адъютанта.

Великий князь был добрейшим человеком — в его особняке в Петрограде был устроен госпиталь на сто нижних чинов и двадцать пять офицеров, в его доме в Гатчине — госпиталь на тридцать нижних чинов. Обустройством этих госпиталей и снабжением их всеми необходимыми материалами, как и поиском и наймом медицинского персонала, занималась супруга великого князя Наталья Шереметьевская. На средства Михаила Александровича был сформирован также «санитарный поезд № 157», который действовал с 21 ноября 1914 года.

В январе 1917 года Николай II отозвал Великого князя Михаила с фронта и назначил его генерал-инспектором кавалерии.

Опеку с его имущества сняли, а Наталии Сергеевне пожаловали титул графини Брасовой.

Февральская революция 1917 года застала Михаила Александровича в загородной резиденции царской семьи в Гатчине. По просьбе председателя Государственной Думы Михаила Родзянко, Великий князь приехал в Петроград и связался по прямому проводу с императором Николаем II, находившимся в Ставке в Могилеве, и попросил императора уступить Думе, создав правительство народного доверия. При этом чуть раньше он не участвовал в создавших оппозицию царствующему монарху демарше великих князей, известном как "великокняжеская фронда" , требованием которых стало отстранение от управления страной Григория Распутина и «царицы-немки» и введение «ответственного министерства». Михаил Александрович не подписал коллективное письмо ряда членов Императорской фамилии, протестовавших против «сурового решения относительно судьбы Дмитрия Павловича», участвовавшего в заговоре с целью убийства Григория Распутина в ночь на 17 (30) декабря 1916 года.

«Фронда» была пресечена царём, который к 22 января 1917 года под разными предлогами выслал из столицы великих князей Николая Михайловича, Дмитрия Павловича, Андрея и Кирилла Владимировичей.

Позднее, во время Февральской революции, стремясь сохранить монархию, великие князья Михаил Александрович, Кирилл Владимирович и Павел Александрович 1 марта 1917 года подписали проект манифеста «О полной конституции русскому народу» («великокняжеский манифест»).

Михаил Александрович не участвовал в интригах и заговорах против царствующего брата. В этот период он был близок к Николаю II, чем пытались воспользоваться военачальники и многие политические деятели. Имя Михаила Александровича всё чаще упоминалось в различных политических комбинациях, составляемых в придворных и политических кругах Петрограда, причём сам Михаил Александрович не принимал участие в составлении этих комбинаций.

15 марта (2 марта по старому стилю) 1917 года в вагоне поезда на железнодорожной станции г. Пскова Николай II отрекся от престола в пользу брата Михаила. То есть он царской волей назначил своим преемником Великого князя Михаила Александровича.

Манифест об отречении Николая II в пользу брата.

Именно на этом основании ряд российских историков сейчас считают, что Михаил II является де-юре последним российским государем. 

Из манифеста об отречении Николая II:  «В эти решительные дни в жизни России, почли мы долгом совести облегчить народу нашему тесное единение и сплочение всех сил народных для скорейшего достижения победы и, в согласии с Государственной думой, признали мы за благо отречься от престола государства Российского и сложить с себя верховную власть. Не желая расстаться с любимым сыном нашим, мы передаем наследие наше брату нашему великому князю Михаилу Александровичу и благословляем его на вступление на престол государства Российского».

Новость об отречении российского императора на обложке британского издания Daily Mirror

Уже на следующий день ставший обычным гражданином Николай Романов отправляет в Петроград младшему брату телеграмму, которую подписывает — «Его Императорскому Величеству Михаилу Второму». С рассвета 3 марта 1917 года воинские части начинают присягать на верность императору Михаилу II. Однако становиться новым абсолютным монархом в условиях разворачивающейся в столице революции Михаил Романов не желает. Да он и раньше был аполитичен и равнодушен к власти. Он и не готовился ней , не проходил специального обучения и не имел практики управления государством в течение многих лет, обязательных для наследников Престола. Великий князь Михаил оказывается в сложном положении — старший брат возложил на него миссию сохранения монархии в России.

На следующий день в Петрограде в присутствии министров Временного правительства, а также юристов Набокова и барона Бориса Нольде, Михаил Александрович делает заявление, что примет власть только в том случае, если так решит Учредительное собрание, избранное народом и подписывает «Акт об отказе от престола:

Еврейские и советские коммунистические юристы-крючкотворы выискивали всяческие возможности для того, чтобы поставить под сомнение легитимность передачи власти брату, минуя сына. Но сын Николая II Алексей был болен и мал, а с учётом поставленных императору условий о невозможности нахождения с сыном после отречения в его пользу , а также военного времени и создавшегося в Петрограде положения, это был верный и вполне приемлемый для сохранения государства шаг. Нужно было только дождаться выборов и обеспечить их проведение...

Непосредственный участник событий Февральской революции Ломоносов Ю.В., описал в своих Воспоминаниях рассказ члена IV Государственной Думы Лебедева, непосредственно присутствовавшего при отречении Михаила:

Появился Лебедев.

- Ну что, что?

- Михаил отрекся в пользу Учредительного Собрания. Набоков пишет акт. Будет образовано Временное правительство... 

.. - Итак, монархия в России пала, проговорил я задумчиво.

- Ну, навряд ли, возразил Лебедев. Михаил своим благородным отказом значительно укрепил свои шансы на избрание. 

- Пожалуй.

Акт об отказе великого князя Михаила Александровича немедленно «восприять верховную власть» был опубликован в «Вестнике Временного правительства» 4 (17) марта 1917 года одновременно с актом об отречении Николая II. Тогда же председатель правительства князь Г. Е. Львов направил телеграмму всем военным и гражданским властям России с оповещением о переходе, в связи с указанными актами, верховной власти в стране к Временному правительству.

Смена власти была узаконена. На следующий день, 5 (18) марта 1917 года, Львов распорядился о повсеместной временной замене губернаторов и вице-губернаторов председателями губернских земских управ, о возложении на председателей уездных земских управ обязанностей уездных комиссаров Временного правительства, о замене полиции на организуемую местными органами самоуправления народную милицию, после чего начались убийства и казни полицейских и работников Охранной службы. 9 (22) марта 1917 года на заседании полного состава 1-го департамента Правительствующего сената , Временное правительство принесло присягу — его власть окончательно получила правовое оформление и юридическую силу.

В этом было отличие от разгона большевиками Всероссийского учредительного собрания, санкционированного уже не Правительствующим сенатом, а всего лишь III Всероссийским съездом советов, утверждавшим совершенно новую правоприменительную практику, лишённую связи с дореволюционным законодательством.

А ведь Временное правительство объявляло о предстоящих всенародных выборах в Учредительное собрание на основе всеобщего, равного и прямого избирательного права при тайном голосовании. И выборы эти были назначены на 17 сентября, но затем были перенесены на 12 ноября 1917 года.

31 марта 1917 года в числе других членов императорской фамилии, Великий князь Михаил Александрович был уволен со службы с правом ношения мундира и пенсией и поселился в Гатчине как частное лицо, не участвуя в политической деятельности .

5 апреля 1917 года в МИД Великобритании поступило письмо из посольства Великобритании в России с информацией о том, что великие князья Георгий Михайлович и Михаил Александрович просят предоставить им политическое убежище в Великобритании. Форин-офис на это письмо дал отрицательный ответ.

30 июля 1917 года он получил разрешение увидеться с братом Николаем , который по предписанию Временного правительства и лично Керенского, вместе с семьёй обязан был выехать в Тобольск. При этом Михаилу Александровичу не позволили проститься с детьми брата.

21 августа, после активизации Корнилова — временно арестован по обвинению в так называемом контрреволюционном монархическом заговоре, якобы ставившем целью похищение из Тобольска семьи Николая II — наблюдавший за обыском на даче Михаила Александровича А.Ф. Керенский лично объявил ему, что Михаил Александрович вместе с членами своей семьи будет находиться под домашним арестом . Но в отсутствии каких-либо улик, все обвинения с него были сняты , хотя за унизительную процедуру никто даже не извинился — домашний арест был отменён 13 (26) сентября 1917 года. После этих событий Временное правительство разрешило Михаилу Романову выехать в Крым. Но он решил не менять место проживания и остался в Гатчине.

А вот после того, как в октябре 1917 года большевики организовали государственный переворот, в соответствии с решением Петроградского военно-революционного комитета , он находился в Гатчине уже под домашним арестом. В стране начался новый виток хаоса , предопределивший невозможность проведения назначенных на 12 ноября выборов.

А 6 января 1918 года по распоряжению Владимира Ульянова (Ленина) , его сообщники разгоняют Всероссийское учредительное собрание, которое по предоставленному ему праву должно было решать как стране жить дальше. В общественном сознании эпизод с разгоном Учредительного собрания закрепился по фразе «Караул устал!», приписываемой матросу Анатолию Железнякову — начальнику караула Таврического дворца, где проходило собрание. Она затмила в умах историческое значение случившегося — красные узурпировали право россиян определить свое будущее. До обсуждения вопросов о политическом устройстве страны и возможной формы монархии (абсолютной или ограниченной Конституцией) дело так и не дошло. Была установлена так называемая диктатура пролетариата, на самом деле являвшаяся диктатурой представителей пришлых народов, поселенцев.

Пришельцы и поселенцы так называли на Руси жидов, грузинцев и армян, что зафиксировано в изданной в XVIII веке Российской Академией наук книге Иоганна Готлиба Георги «Описание всех обитающих в Российском государстве народов : их житейских обрядов, обыкновений, одежд, жилищ, упражнений, забав, вероисповеданий и других достопамятностей».

Сенат США , обеспокоенный революционными событиями в России, организованными в том числе имеющими обширные связи в Америке евреями и даже специально приехавшими в Россию из Нью-Йорка и других городов Соединенных Штатов, в 1919 году провёл специальные слушания с вызовом свидетелей, дававших свои показания под присягой. Один из них, коммерческий атташе при посольстве США в России служащий Министерства Торговли США Уильям Чаплин Хантингтон, находившийся в нашей стране с июня 1916 по 2 сентября 1918 года на вопрос сенатора Уолкотта о большевиках «Одобряют ли они какую-либо религию?» , ответил : «Не вожди этого движения. Вожди, я должен сказать, на примерно две трети - русские евреи, и примерно на одну шестую или более - других национальностей, как латыши или армяне. Потом грузины. И оставшееся число - славяне».

Эти нерусские руководители сделали жизнь окраин ( превращённых в национальные советские республики ) бывшей Российской Империи лучше и богаче за счёт коренных народов из новообразованного РСФСР-- подобное длилось весь советский период , о чем свидетельствуют рассекреченные в 1992 году данные , опубликованные в газете Советская Россия [***].

7 марта 1918 года Гатчинским Советом рабочих и солдатских депутатов Михаил Александрович и его верный секретарь Николай (Брайан) Николаевич Джонсон [****] по решению Малого Совнаркома были высланы в Пермскую губернию до особого распоряжения,фактически утвердив предложение начальника штаба обороны Петрограда чекиста Михаила(Мойши) Урицкого . Также в ссылку с ним направился камердинер Челышев и шофёр П.Боруянов. Конвоирование проводили латышские стрелки, вероятнее всего  из состава комендантского взвода Петроградской ЧК: Квятковский, Менгель, Эглита, Лейнгарт, Эликс, Гинберг и Шварц. Своей жене Наталье Брасовой он запретил ехать с ним в ссылку, но в мае 1918 года она на несколько дней приезжала к нему из Москвы на Пасху. Последнее письмо от мужа она получила в начальных числах июня 1918 года, затем связь с ним оборвалась...

Рассказывает специалист по царской семье из числа пермских краеведов — директор книжного издательства «Пушка» Наиля Зенкова:

«Михаил Романов прибыл в Пермь поездом 17 марта 1918 года. Первым делом его доставили в бывшую резиденцию губернатора к [председателю Пермского горисполкома Александру] Борчанинову. Здесь он провел первые свои часы в Перми. Затем его поселили в гостиницу „Эрмитаж“ — тогда она называлась гостиницей при Благородном собрании. Здание Благородного собрания стоит до сих пор, а вот гостиница позднее была разрушена и на ее месте поставили другое здание. С 25 апреля по 7 мая великого князя посадили в тюрьму, посчитав, что нет никаких указаний из центра селить его в гостиницу. Там он содержался в помещениях больничного корпуса. После того, как Жонсон написал об этом Бончу-Бруевичу (секретарь Ленина ), великого князя выпустили, и он поселился в гостинице „Королевские номера“ купца Василия Королева. Это было едва ли не единственное здание в городе с горячей водой».

Гостиница «Королевские номера», где проживал Михаил Романов. В Перми Великий князь располагал возможностью свободного передвижения, мог встречаться со знакомыми, не было ограничено его право переписки. Был установлен порядок, по которому Михаил Александрович и Джонсон обязаны были ежедневно к 11 часам являться в ЧК. Из этой гостиницы впоследствии их и забрали на расстрел чекисты.

Все эти здания по преимуществу расположены по улице Сибирской, неподалеку от набережной Камы. Многие включены в «Зеленую линию» — туристический маршрут по знаковым объектам истории и культуры Перми. Здесь же, в шаговой доступности, находится Пермский городской театр и городской парк, которые Михаил Романов любил посещать. А также бывшее здание ЧК. Его он, надо полагать, посещать не любил, но был вынужден делать это дважды в день, чтобы отметиться о своем пребывании по месту ссылки. 

Из сохранившихся дневниковых записей великого князя известно, что Пермь ему не очень понравилась. Не очень нравился революционно настроенным пермякам и сам Михаил Романов, поддерживавший светский образ жизни и разъезжавший на единственном в городе автомобиле марки Rolls-Royce. По крайней мере, именно такой образ великого князя старались поддерживать в массах.

Судя по историческим документам и дошедшим до наших дней свидетельствам участников тех событий, даже дата ликвидации Михаила Романова была продиктована опасениями его побега. «13 июня великий князь должен был переселиться из „Королевских номеров“, где он снимал номер, в дом купцов Тупицыных. Отсюда вел подземный ход к Каме. Там его должны были переправить на другой берег и укрыть в скитах на территории нынешнего Оханского района до подхода армии Колчака», — говорит Зенкова.

Михаил Романов во время ссылки в Перми. Справа еще один пермский арестант — Петр Знамеровский, полковник штаба отдельного корпуса жандармов

В Перми Михаил Александрович располагал возможностью свободного передвижения, мог встречаться со знакомыми, также не было ограничено его право на переписку . Чекистами был установлен порядок, по которому Михаил Александрович и Николай Джонсон обязаны были дважды в день являться в ЧК , в том числе обязательно к 11 часам утра. По версии некоторых исследователей , бессовестные негодяи из кухарок и черни , ставшие властителями с неограниченными полномочиями , упреждая побег , ликвидировали его... хотя больше похожа на правду версия, что никуда Михаил бежать и не собирался, предупрежденный коммунистами что в случае осуществления им побега, будут расстреляны находящиеся в заложниках его жена и ребёнок Натальи Сергеевны от первого брака Наталья — любимая Михаилом как родная дочь Тата ( сына Георгия супруги успели в марте 1918 года тайно переправить к родственникам в Данию) . А переезжать в дом купцов Тупицыных он собирался по причине намечающегося следующего приезда супруги, для большего так сказать , уединения.

Большой отваги генерал русской армии, ходивший во главе знаменитой Дикой дивизии в конные атаки на врага, проиграл навязанную ему продавшими и предавшими Россию подлецами, партию. Проиграл тем, которые и сами с потрохами продались врагам России. Врагам, которых он, Михаил, бил на фронте Второй Отечественной войны, пока подлецы отсиживались по тюрьмам, ссылкам и заграницам.

В ночь с 12 на 13 июня 1918 года Михаил Александрович вместе с секретарем Николаем (Брайаном) Джонсоном был похищен группой чекистов и милиционеров, вывезен за город и расстрелян где-то неподалёку от заводского поселка Мотовилиха. Официально было объявлено, что он похищен неизвестными.

История гласит , что идейным вдохновителем и распорядителем убийства выступил с личной инициативой Гаврила Мясников , уроженец одной из деревень Казанской губернии , большевик с уголовным прошлым по кличке Ганька. В подручные он выбрал себе местного злобного и жестокого бандита бывшего каторжанина Николая Жужгова , отсидевшего да убийство в 1906 году двух казаков, ещё одного местного головореза — Василия Иванченко , а также Андрея Маркова — тоже бывшего "сидельца" и И.Ф.Колпащикова.

РЕКЛАМА

«Если не поторопимся, Михаила выкрадут, а он станет знаменем контрреволюции» – объяснил подельниками суть дела Мясников. И далее указал на то, что надо всё это дело следует обустроить таким образом, чтобы у всех сложилось впечатление, что Михаилу Романову помогли бежать «свои» офицеры, для чего всем участникам надо принять соответствующий вид.

^ Накануне убийства 

Мясников Гавриил Ильич был профессиональным революционером , участвовал в революции 1905—1907 гг. и в убийствах госслужащих. В 1906 занимался антигосударственной деятельностью под непосредственным руководством прибывшего в Пермь Я. М. Свердлова и в июне того же года за участие и подстрекательство был арестован , но в 1908 году бежал. После чего несколько раз арестовывался и снова совершал побеги, пока не перебрался в Баку, где гремела банда убийц и вымогателей Сосо Джугашвили, отсылавших Ленину в партийный общак немалые суммы , полученные с нефтяников и прочих предпринимателей. После разгрома в 1910 году Бакинской организации РСДРП, Гавриил Мясников уже в 1911 году выступил инициатором создания Бакинской городской организации РСДРП, в которую в 1912 году были приняты будущие цареубийцы – чистополец М.А. Медведев (Кудрин) и "латыш" из Риги А.Я. Паруп (А.Т. Биркенфельд). В 1913 году Ганька был арестован и по Приговору Выездной Сессии Тифлисской Судебной Палаты получил за антиправительственную деятельность и многочисленные побеги 6 лет каторжных работ из которых 3 – кандальных. Своё наказание Г.И. Мясников отбывал в одиночной камере № 44 Орловского Каторжного Централа, занимаясь самообразованием и заказывая себе для чтения различную литературу — от трудов Маркса до Священного Писания , а попутно (с его слов) занимался самоистязанием, дабы постичь и обрести Бога, либо доказать самому себе свою полную свободу от Бога. И вообщем-то неплохо он себя там чувствовал, пока в то же время Великий князь Михаил Александрович находился на фронте.

Освободившись по амнистии Керенского в марте 1917 года вместе с тысячами других террористов и уголовников, Мясников становится активным участником революции и гражданской войны. Он был избран делегатом III съезда Советов, на котором в свою очередь по предложению своих влиятельных старших товарищей избрался во ВЦИК , после чего направлен на советскую работу в знакомые места — на Урал председателем Мотовилихинского совета. С 27 мая 1918 года по личной инициативе переведён на работу в Пермскую ГубЧК, став заместителем её председателя — из обозлённого на царскую власть преступника заранее готовили палача , продвигая его и наделяя необходимой властью , как бы направляя его на совершение большого злодеяния. В Пермской ГубЧК тогда "блистал" самодур Лукоянов, в честь которого и сегодня всё ещё назван райцентр в Нижегородской области, со слов Мясникова — "тонконогий, жидкий, сутулится, светлый шатен, с голосом надтреснутым, жидким тенором, лицом довольно красивым, но с явными признаками наркомана, жидкие, светлые волосы, бритое лицо, светло-серые глаза, подернутые мутной пленкой". Мешавшего Мясникову Федора Лукоянова перевели в Областную ЧК Урала в Екатеринбург, а неудобного председателя Пермского городского Совдепа А.Л. Борчанинова отправили на фронт за пьянку ( по доносу Мясникова). Начальником ГубЧК стал Малков , хотя по авторитету, партийному стажу и значимости мог бы стать главным комиссаром член ВЦИК Мясников, занявший должность его заместителя. Он своим деревенским умишком с 4-мя классами образования и искажённым благодаря изучению трудов Мордехая Мозеса Леви (Маркса) сознанием [*****]  так и не понявший порядочности и человечности не пожелавшего устраивать в стране репрессии или допустить гражданскую войну и отказавшегося от собственной диктатуры и/или трона Михаила Александровича, написал :  «Михаил по своей глупости взболтнул, что он дал народу свободу, а неблагодарный народ его в ЧК приглашает. Значит, агитация исходит от него. Он себя чувствует Михаилом II». Испугался правды, подлец деревенский.

Задуманное злодеяние заговорщики претворяли в жизнь, согласно, задуманного сценария.

Накануне преступления из заводской конюшни по распоряжению Г.И. Мясникова ими были взяты две лошади, запряжённые в крытые фаэтоны, рассчитанные на двух седоков и кучера.

Вечером 12 июня 1918 года все пятеро подъехали к зданию Пермской ГубЧК. Оставив лошадей во дворе, зашли в помещение, где А.В. Марков сел печатать подложный мандат об аресте Великого Князя. Под мандатом должна была стоять подпись П.М. Малкова, но за него, как его заместитель, расписался сам  Г.И. Мясников. (Согласно другой версии, этот документ лично П.И. Малков заверил печатью, а также своей подписью, умышленно изменив таковую.) Когда печатался «мандат», в комнату, где находились заговорщики, неожиданно зашли П.М. Малков и новый Председатель Пермского Губсовета В.А. Сорокин. Ордер на арест им не показали, как и не посвятили в свои планы. Но те и без слов поняли, какое затевается дело.

И тогда Г.И. Мясников произнёс: 

«Вот что, товарищи, Малков и Сорокин. Мы сейчас отсюда уходим, а вы должны остаться здесь и не выходить отсюда в течение двадцати минут. Не выходить, несмотря ни на что: будут ли выстрелы, будут ли вызовы по телефону –  вас здесь нет, вы ничего не видали и не знаете. Поняли? После двадцати минут вы свободны. Дадите ли мне слово, что вы исполните мои требования?

Вид их был необычайно растерянный; и тот и другой – бледный-бледный. Видно было, что они нервничали. Но я себя не видал, и не знаю, какой вид был у меня. (Потом мне рассказал кое-что тов. Иванченко). Но было, должно быть, у меня на лице и в фигуре достаточно решительности, что оба председателя без всякого промедления и размышления дали мне свое слово».

Приказав И.Ф. Колпащикову и В.А. Иванченко выводить лошадей и ехать, Ганька пешком пошёл пешком к «Королевским номерам», желая быть, если так можно выразиться, сторонним наблюдателем происходящего. 

ЧИТАТЬ ДАЛЕЕ:

Buy for 10 tokens
Buy promo for minimal price.

Error

Anonymous comments are disabled in this journal

default userpic

Your reply will be screened

Your IP address will be recorded