АНТЫ - ЗАБЫТАЯ ГОСУДАРСТВЕННОСТЬ

Союз славянских племен, известный в источниках, как анты, и расселившийся на землях от Днестра до «Меотиды» - Азовского моря – нынче не в чести у историков. Если в советские времена ученые школы Грекова и Рыбакова считали антов чуть ли не прямыми предками руссов и приписывали им классовое расслоение и раннефеодальный строй, сейчас исследователи кинулись в другую крайность, отрицая иной раз даже принадлежность антов к славянству (невзирая ни на прямое утверждение целого ряда историков-современников об общем происхождении антов и «склавинов», и их едином языке, ни на славянские имена антских вождей). У антов пытаются «отнять» Черняховскую археологическую культуру, только вот еще не решили, кому ее вручить – иранцам, готам или бастарнам. Причем мнение готского историка Иордана, черным по белому написавшего, что земли «от Данастра до Данапра», основные земли Черняховцев, принадлежали именно антам, нашим ученым современникам не указ. В самом деле, что там мог знать этот гот про дела своего времени, нам из XXI века видней! При таких порядках неудивительно, что начисто отвергается мысль о зачатках государственности у антских племен и тем более – какая бы то ни было преемственность между антским союзом племен и Киевской Русью. После разгрома антов аварами-обрами в конце VI – нач.VII века анты вроде бы напрочь исчезают из истории. Между тем в «Повести временных лет», как пример исчезнувшего народа фигурируют как раз авары, и звучит фраза «погибоша аки обре» - а отнюдь не «аки анте».

Между тем в рассказах современников про антов имеются детали, при должном внимании способные раскрыть глаза на очень и очень многое в порядках антского народа. Да, это не оговорка – анты были именно народом, молодым, складывающимся из племен и племенных союзов, но народом. И вот тому доказательство – когда Прокопий Кесарийский, хронист-летописец Восточной Римской империи (Византии) в «Истории войн» рассказывает захватывающую, почти детективную историю, как анты пытались подменить своим соплеменником по имени Хильбудий его тезку, восточно-римского полководца (судя по всему, тоже анта по происхождению), он мимоходом сообщает очень интересную деталь быта «варваров»-славян. Юноша Хильбудий, попавший в плен соседям антов, склавинам, был выкуплен антом, думавшим, что покупает пленного полководца империи. Оказавшись в родной земле, юноша заявил новому хозяину, что «родом он и сам ант… нынче же, поскольку вернулся в отчие места, то впредь и сам будет свободен, по крайней мере, по закону». Заметьте, что речь не идет о принадлежности молодого анта-невольника к одному ПЛЕМЕНИ с его новым владельцем – в племени все друг друга более-менее знали, и вряд ли соплеменника приняли бы за чужака. Нет, невольник требует свободы на основании того, что он – ант. Стало быть, все антские племена считали друг друга своими, и ант не мог быть рабом анта даже из другого племени. Такая высокая степень осознания народного единства вовсе не характерна для варварской Европы не только того времени, но и более позднего – в XI столетии немецкий монах Адам Бременский отмечает, что датские племена часто нападают друг на друга и обращают пленных в рабство. Добавим, что закон, по которому ант не может быть рабом анта, подразумевает и отсутствие войн между антскими племенами, по крайней мере, такие войны не были обычным делом. В свете всего сказанного особенно наивно выглядят рассуждения адептов норманнской теории, что норманнов-де призвали славяне, не в силах избавиться от междоусобиц, или что северные пришельцы объединили славян. На деле же, как можно видеть, именно норманны на полтысячи лет отстали от предков восточных славян в создании народного единства и прекращении междоусобных войн. 

В этой связи наводит на размышления одна фраза в «Повести временных лет», где говорится про эпоху до призвания Рюрика: «жили мирно поляне, древляне, северяне, радимичи, вятичи и хорваты». Хорваты тут, конечно, имеются в виду отнюдь не балканские, а прикарпатские. А в целом перечень племенных союзов, «живших мирно», практически совпадает с очерченными византийскими авторами и готом Иорданом границами антского племенного союза, точнее, супер-союза племен. Выбиваются разве что северные радимичи с вятичами – но, с другой стороны, авторы-южане ничего и не говорят о северных антских пределах, очевидно, оттого, что те находились вне их поля зрения(1) . 

С другой стороны, этот список «мирных» племенных союзов показательным образом близок списку «славиний»(2) , с которых, согласно императору Х века Константину Порфирогенету, «Рожденному в Пурпуре», собирают полюдье «россы». Там мы встретим «дервиан»-древлян, «севериев»-северян и загадочных «лендзян» – не то тех же хорватов, не то полян, хотя последние, скорее всего, отождествляются с «россами»-русами (как в «Повести временных лет» - «поляне, иже ныне зовомая русь»). Из списка выпали радимичи и вятичи, что, впрочем, естественно – они незадолго до того были данниками Хазарского каганата, и на момент написания труда Константина их положение, очевидно, еще было спорным. Зато в списке возникли два новых племенных союза – «кривитеины»-кривичи и «драгувиты»-древговичи. Однако костяк остается прежним, «антским». Случайно ли это? Обращает на себя внимание характер повинности, осуществляемой «славиниями» в отношении Киевских «россов». Это – «полюдье». Игорь Яковлевич Фроянов установил принципиальное отличие между полюдьем и данью. Оно состояло в том, что полюдье собирали с тех, кого считали СВОИМИ – точнее, они добровольно оказывали гостеприимство вождю, которого считали своим, и его дружине. Это-то и называлось «полюдьем» - а дань собирали с завоеванных, покоренных силою оружия чужаков. Стало быть, маленькие протодержавы славян Восточной Европы связывали с руссами отнюдь не отношения покоренных и завоевателей.

В таком контексте становятся вполне понятны и слова Олега, обращенные к самозваным князьям Киева, Оскольду и Диру – «Не князья вы и не княжьего рода, но я княжьего рода и вот – сын Рюрика», и полное равнодушие киевлян к судьбе недавних вождей. Все становится ясным, если предположить, что русы пришли с севера не на голое место, не к скопищу грызущихся друг с дружкой племен полудиких лесовиков, но на возведенный антами фундамент государственности, объединивший несколько славянских племенных союзов юго-запада Восточной Европы. Уже существовало объединение племенных союзов, привыкших «жить мирно» и вместе противостоять общим врагам, объединение, которому было небезразлично, настоящий ли ими правит князь или самозванец. Возможно, именно ко временам антов и относится зимнее кочевье князей по землям племенных союзов – то самое «полюдье». Во всяком случае, судя, скажем, по «Слову о полку Игореве», на юге Руси жила память об антских временах – о гуннах-«хинове» и убитом готами князе антов Бусе. За два века до создания великой русской поэмы память об антах среди их потомков должна была быть, конечно, сильнее и ярче. И если уж помнились имена врагов и погибшего князя, то не могли забыться века единства антских племен.

И анты становятся, в таком случае, не мимолетным и навсегда канувшим в прошлое эпизодом истории Восточной Европы, наряду с какими-нибудь остроготами или кутригурами, но народом, заложившим в своем южном краю первые основы будущей русской государственности и существенно тем самым облегчившим дело ее создателей. Хотя они и не были прямыми предками руссов, они, тем не менее, были их предшественниками в объединении славян Восточной Европы в одну державу – форпост Европейских, белых народов и преграду на пути степных орд.

Использованные источники и литература: 

Константин Багрянородный. Об управлении империей. М., 1991 Литаврин Г. Г. Византия и славяне. СПб., 2001. Мишин Д. Е. Сакалиба (славяне) в исламском мире в раннее Средневековье. М., 2002. Нидерле Л. Славянские древности. М., 2000. Свод древнейших письменных известий о славянах. Т. I (I-VI вв). М., 1991. Свод древнейших письменных известий о славянах. Т. II (VII-IX вв). М., 1995. “Слово о полку Игореве”. Древнерусский текст и переводы. М., 1981. Фроянов И. Я. Рабство и данничество у восточных славян (VI-X вв.). СПб., 1996. 

Примечания: 

1)Иногда с антами связывают также сообщение Масуди: «из этих (славянских – О.В.) племен одно имело в древности власть над ними, его царя называли Маджак, а само племя называлось Валинана». В этих «валинана» видят тогда волынян, а в Маджаке – одни подло убитого византийцами в 583 году, во время одного из походов за Дунай, вождя славян Мусокия, а другие – убитого аварами Мезанмера, сына Идарича, брата Келагаста (отождествляемого с Безмером из именника болгарских князей). 2)Этот термин использует Константин для определения тех объединений восточных славян, что по устоявшейся в научной литературе привычке зачастую неверно именуют «племенами» - северян, древлян, уличей и пр. Выдающийся ученый Г.Г. Литаврин исследовал этот термин на примере рассказов византийских авторов о балканских славянах и пришел к выводу, что термин «славиния» подразумевает не племя, но следующий этап консолидации – протогосударство.

источник

Buy for 10 tokens
Buy promo for minimal price.

Error

Anonymous comments are disabled in this journal

default userpic

Your reply will be screened

Your IP address will be recorded