wowavostok (wowavostok) wrote,
wowavostok
wowavostok

АРГОНАВТЫ XXI ВЕКА.

ЭТО СЕКРЕТНОЕ СООБЩЕСТВО АМЕРИКАНСКИХ УЧЕНЫХ РАБОТАЕТ НА ОБОРОНУ СТРАНЫ. НО ТОЛЬКО ВО ВРЕМЯ КАНИКУЛ
Испокон веков таланты ученых применялись на полях сражений. Во времена Второй Пунической войны боевые машины Архимеда сильно затруднили римлянам осаду Сиракуз. С успехом использовала ученых Французская республика: создатель начертательной геометрии Гаспар Монж реорганизовал артиллерийскую промышленность, а химики Клод Бертолле и Жан-Антуан Шапталь наладили производство селитры, необходимой для изготовления пороха. На Первой мировой наука широко обслуживала фронт (не случайно эту войну называли войной химиков). Дальше по нарастающей – развитие авиации, новые сплавы, мощные взрывчатые вещества, радары и сонары, ракеты, ядерное оружие, компьютеры… Сегодня никого не удивляет, что оборонные ведомства предоставляют работу огромному количеству специалистов с академическими степенями.
Считается, что тоталитарные режимы засекречивают участие научной элиты в военных программах, а в демократических странах оно проходит открыто. В принципе это верно, но, как говорится, возможны варианты. Скажем, тридцать пять лет назад американцы с удивлением узнали, что в их стране существует законспирированное общество физиков, консультирующих министерство обороны. К нему принадлежали не какие-то безымянные технари с докторскими дипломами, а университетские профессора с заоблачной международной репутацией, в том числе нобелевские лауреаты. Это общество действует и сейчас.
ДОГНАТЬ И ПЕРЕГНАТЬ СССР
В июне 1945 года, за месяц до испытания первой атомной бомбы в штате Нью-Мексико, семеро американских физиков-ядерщиков подготовили обзор проблем, порожденных созданием ядерного оружия. Документ на шестнадцати страницах был немедленно запрятан в надежные сейфы и лишь годы спустя стал достоянием общественности. Его авторы (все – участники Манхэттенского проекта, в рамках которого была создана атомная бомба) категорически возражали против боевого применения ядерного оружия и настаивали на создании интернациональных институтов, обеспечивающих контроль за ядерными технологиями. Они также предупреждали, что Советский Союз быстро догонит Америку в разработке ядерных вооружений и что эта гонка начнется «не позднее, чем на следующее утро» после того, как мир узнает об американской бомбе.
В Вашингтоне этот прогноз всерьез не приняли, однако он полностью оправдался. Уже к середине 1950-х годов СССР имел и атомные, и термоядерные бомбы. Летом 1957 года состоялся успешный запуск, межконтинентальной баллистической ракеты Р-7.4 октября того же года ушла в космос модифицированная версия этой ракеты с первым искусственным спутником весом 83,6 кг. 3 ноября такая же ракета доставила в околоземное пространство второй советский спутник, который весил 508 кг. Этот запуск вызвал шок у американских военных, поскольку тогдашние термоядерные боеголовки имели примерно такую же массу. Стоит напомнить, что четырнадцатикилограммовый Explorer-1, первый американский ИСЗ, ушел в космос с мыса Канаверал без малого через три месяца.
Реакция Вашингтона не заставила себя ждать. В ноябре 1957 года президент Дуайт Эйзенхауэр учредил пост советника Белого дома по делам науки и президентский комитет научных консультантов. В январе 1958-го министр обороны Нейл Макэлрой создал в своем ведомстве управление перспективных исследовательских проектов (Advanced Research Projects Agency, ARPA). Предполагалось, что оно в первую очередь займется космическими вооружениями и противоракетной обороной. В декабре Макэлрой добавил к числу структур Пентагона офис директора оборонных исследований и разработок для курирования научно-технических проектов военного назначения. Его возглавил Герберт Йорк: несколько лет он руководил Ливерморской национальной лабораторией, где разрабатывали водородную бомбу, а затем был главным научным специалистом ARPA. Именно он через два года стал крестным отцом «научного ордена» пентагоновских советников.
РОЖДЕННЫЙ ДВАЖДЫ
Крестным отцом – но не инициатором. Первый шаг к его созданию сделал Джон Арчибальд Уилер, блестящий физик и космолог, придумавший такие известные термины, как «черная дыра», «червоточина в пространстве-времени» и «квантовая пена». Впрочем, это случилось позднее, а в 40–50-е годы Уилер занимался в основном оборонными проектами. Он принимал участие в разработке атомного и водородного оружия и был его ярым пропагандистом, чем немало огорчал своих более миролюбивых коллег. Советские успехи в освоении космоса Уилер воспринял как личную трагедию и повод к решительным действиям. Он привлек к сотрудничеству будущего нобелевского лауреата по физике Юджина Вигнера и профессора экономики Оскара Моргенштерна, одного из создателей теории игр.
Вместе с ними Уилер начал пробивать идею создания исследовательской лаборатории национальной безопасности, используя официальные каналы и личные связи. Вскоре к ним присоединился 36-летний Марвин Голдбергер, тоже известный физик-теоретик, работавший для Манхэнттенского проекта, а в 70-е годы занявший должность президента Калифорнийского технологического института.
Поначалу казалось, что эта затея выгорит – под «проект 137» ARPA выделило 50 тысяч долларов (по тем временам вполне приличные деньги). Это название, придуманное Уилером, для физиков имеет особый смысл, поскольку ассоциируется с фундаментальной атомной константой – постоянной тонкой структуры. Организаторы созвали на совещание в Вашингтон пару десятков физиков, которым представители Пентагона рассказали о своих нуждах. Участники конференции внимательно их выслушали и даже подготовили ответный доклад, но на том дело и закончилось. Военные потеряли интерес к проекту, и в начале 1959 года его прикрыли.
Однако идея носилась в воздухе. Ее подхватили трое калифорнийских физиков – Кеннет Уотсон, Кейт Брюкнер и все тот же Голдбергер. Все они подрабатывали консультациями для военно-промышленных корпораций и подумывали, не открыть ли для этой цели собственную мини-компанию. Об этом прослышал профессор Колумбийского университета Чарльз Таунс, один из создателей квантовых генераторов электромагнитного излучения, мазеров и лазеров. Он еще не стал лауреатом Нобелевской премии, но был уже знаменитостью.
Таунс занимал и еще одну должность – вице-президента независимого вашингтонского аналитического центра под названием Институт оборонного анализа (Institute for Defense Analysis, IDA), работавшего под эгидой Массачусетского технологического института. Фактически этот центр являлся организацией-посредником – военное начальство уровня Объединенного комитета начальников штабов и секретариата министра обороны через него приглашало видных исследователей для оценки конкретных проектов. Таунс пришел туда из патриотических побуждений и быстро обзавелся высокими знакомствами.
Классик квантовой электроники доложил о намерениях Уотсона сотоварищи самому министру обороны Макэлрою, и тот пришел к выводу, что они осуществимы. С благословения главы Пентагона Таунс убедил калифорнийскую тройку, что их планы легче всего осуществить через IDA. Герберт Йорк одобрил создание при этом институте независимой группы консультантов и разрешил ARPA выделить ей 250 тысяч долларов на первое время. Проект получил кодовое название «Восход солнца», но калифорнийцам оно не понравилось, поскольку могло восприниматься как намек на взрыв супербомбы. Тогда жена Голдбергера предложила, чтобы муж и его единомышленники именовали себя Ясонами в честь предводителя аргонавтов. На том и порешили.
Дело пошло без задержек. Уотсон, Брюкнер и Голдбергер еще раньше составили список предполагаемых сотрудников своей компании и даже успели ввести в нее тридцатилетнего Марри Гелл-Мана, одного из крупнейших физиков-теоретиков послевоенного поколения, будущего изобретателя кварков (Нобелевская премия 1969 года). Вчетвером они кооптировали себя в оргкомитет группы. 17 декабря 1959 года квартет провел первое заседание, на котором выступил научный советник Белого дома известный физический химик Джордж Кистяковский (в былой жизни уроженец города Киева отзывался на имя-отчество Георгий Богданович). Организаторы пригласили еще три десятка первоклассных физиков, которых рассчитывали вовлечь в свою группу. Пришло 22 человека, из них семеро впоследствии удостоились Нобелевских премий. Хотя история «Ясонов» началась с момента этой встречи, официальным днем их рождения считается 1 января 1960 года.
МЕСТО ВСТРЕЧИ МОЖНО ИЗМЕНИТЬ
С самого начала структура союза «Ясонов» была проста. Во главе его на общественных началах стояли председатель и оргкомитет. Единственным штатным сотрудником был физик Дэвид Кетчер, которого Институт оборонного анализа нанял на должность администратора.
«Ясоны» первого поколения были университетскими профессорами и уделяли дополнительным обязанностям лишь каникулы. Ежегодно по весне, обычно в апреле, члены оргкомитета встречались с представителями Пентагона, узнавали об их нуждах, производили первичную селекцию заданий и представляли их на рассмотрение собратьев по обществу. Никакой принудиловки не было: каждый «Ясон» пользовался правом выбора темы по своему вкусу, а также мог в любой момент выйти из общества без всяких последствий. В июне и июле «Ясоны» собирались шестинедельную рабочую сессию. Они принимали участие в брифингах с заказчиками, после чего приступали к работе в собственных комнатах.
Любопытно, что использование компьютеров не поощрялось: «Ясоны» должны были полагаться только на собственные мозги. Первое лето они провели в Беркли в Радиационной лаборатории имени Лоуренса, второе – в кампусе малоизвестного колледжа в штате Мэн, третье – опять в Беркли, четвертое – в усадьбе на берегу Атлантического океана, принадлежавшей Национальной академии наук. Места встреч менялись и в дальнейшем, как-то «Ясоны» даже заседали в опустевшей частной школе-пансионе. Собирались они также в ноябре и в январе, но всего на пару недель.
ARPA в те времена изучало возможность создания национальной системы противоракетной обороны. Об этом США задумались за четверть века до рейгановской «стратегической оборонной инициативы» (более известной как «звездные войны»). Эта программа имела кодовое название «Защитник» (Defender) и обходилась в сто с лишним миллионов долларов в год, то есть примерно в половину бюджета ARPA. «Ясонов» попросили подумать, сможет ли нападающая сторона (CCCР разумеется) укрыть запуск боевых ракет с помощью ядерного взрыва, маскирующего тепловое излучение разгонных двигателей. «Ясоны» ответили, что подобного эффекта можно достичь лишь мультимегатонными взрывами на собственной территории, на что не пойдут даже коммунисты.
Другое «предложение к размышлению», связь с подводными лодками на сверхдлинных радиоволнах, опередило свое время, но позже все же было реализовано в эксперименте (только в 2004 году командование американских ВМФ объявило, что эта программа аннулируется, поскольку для решения той же задачи имеются более простые методы). «Ясоны» занимались и мониторингом ядерных испытаний. С помощью созданных для этой цели спутников семейства Vela, к которым «Ясоны» приложили руку, в 1969 году были зарегистрированы вспышки сверхмощного космического гамма-излучения. Это стало крупнейшим астрофизическим открытием.
На фото: Знаменитая «тропа Хо Ши Мина»
Фото из архива автора
ТРОПОЙ ХО ШИ МИНА
В середине 60-х годов «Ясоны» процветали. Их численность не превышала четырех десятков человек. В общество входили блестящие физики среднего и младшего поколений. Помимо тех, о ком уже упоминалось, можно назвать принстонского профессора Вэла Фитча, профессоров Калифорнийского университета Луиса Альвареса и Стивена Вайнберга, профессора Колумбийского университета Леона Ледермана. Все они впоследствии были удостоены Нобелевских премий за разные работы. Еще четыре гиганта физической науки были неофициальными советниками «Ясонов» – Уилер, Вигнер, Ганс Бете и Эдвард Теллер. В Пентагоне оценили качество ясоновских докладов и увеличили их бюджет до полумиллиона. (В те годы зарплата американского профессора физики составляла 12–15 тысяч в год, так что несколько тысяч от ARPA были очень приличной прибавкой к заработку.)
Однако именно эти успехи стали причиной кризиса, который едва не привел к самороспуску общества. Пентагон начал подключать «Ясонов» к решению задач, связанных с войной во Вьетнаме. В 1964 году известный физик Уильям Ниренберг анализировал возможность применения приборов ночного видения для борьбы с партизанами. В августе 1966 года «Ясоны» вместе с группами гражданских экспертов оценили эффективность американских бомбежек Северного Вьетнама. (Эксперты пришли к заключению, что такая стратегия обречена на неудачу, однако военное командование их не услышало.) «Ясоны» также анализировали перспективы применения в Индокитае тактического ядерного оружия и решительно высказались против этой идеи.
Кроме того, «Ясонам» поручили поразмышлять, как бы перекрыть «тропу Хо Ши Мина» – тайную трассу, по которой с севера на юг Вьетнама переправляли солдат и боеприпасы. Ниренберг и его коллеги предложили разбрасывать там электронные датчики, способные обнаружить движение людей и техники и дать сигнал бомбардировщикам. Осенью 1966 года руководитель Пентагона Роберт Макнамара поддержал эти рекомендации, а чуть позже они были одобрены президентом Линдоном Джонсоном.
«Антиинфильтрационный барьер», как его назвали военные, был и в самом деле создан, правда, только с использованием сенсоров, реагирующих на движение грузовых машин, да и то не на всей «тропе Хо Ши Мина». Сейчас считают, что этот барьер был прототипом всех позднейших систем электронной поддержки сухопутных боевых операций, в том числе во время войн в Персидском заливе. Американское командование во Вьетнаме утверждало, что барьер позволил уменьшить интенсивность грузопотоков по тропе на 80 процентов, хотя, по всей вероятности, эффект был много меньшим. Как бы то ни было, северяне продолжали активные действия в Южном Вьетнаме.
А над «Ясонами» вскоре разразилась гроза. В апреле 1970 года Комитет за мобилизацию студентов против войны во Вьетнаме обнародовал кое-какие сведения о деятельности «Ясонов», позаимствованные из похищенных протоколов заседаний трехлетней давности. Но это было только начало. 13 июня 1971 года газета «Нью-Йорк тайме» приступила к публикации прогремевшей на весь мир серии статей, известных как «Документы Пентагона», The Pentagon Papers. Они представляли собой извлечения из толстенной – 47 томов! – засекреченной истории американской политики во Вьетнаме, подготовленной когда-то по распоряжению Макнамары. В этих статьях упоминались ясоновские исследования бомбардировок и электронных барьеров. Хотя имена «Ясонов» не назывались, джинн был выпущен из бутылки.
От членов общества никогда не требовали подписки о неразглашении членства (содержание работ, естественно, полагалось хранить в тайне), но сами они предпочитали его не афишировать. Теперь это стало невозможным. Быстро всплыли имена практически всех «Ясонов», и для них наступили неприятные времена. Студенческие протесты, неприязнь коллег, обвинения в военных преступлениях, сравнения с «убийцами детей» в нацистских концлагерях – хватало всего. Некоторые «Ясоны» не выдержали и расстались с обществом (например, Стивен Вайнберг).
Фото из архива автора
ОТ ПОДЛОДОК ДО «ИСКУССТВЕННЫХ ЗВЕЗД»
Тем не менее общество сохранилось. Его выживанию во многом способствовал Стивен Лукасик, назначенный директором ARPA в 1971 году. Затем название этого ведомства удлинилось и превратилось в DARPA – Defense Advanced Research Projects Agency, Сначала Лукасик отнесся к группе скептически, но потом решил сохранить ее и обновить. В 1973 году «Ясонов» вывели из-под опеки Института оборонного анализа и перевели под эгиду Стэнфордского исследовательского института, занимавшегося по преимуществу информационными технологиями. Тогда же к «Ясонам» впервые присоединились не физики – биолог, специалист по компьютерам и профессор электротехники.
Во второй половине 70-х годов у «Ясонов появились новые заказчики – Управление энергетических исследований и разработок, HACA, Национальный научный фонд и даже ЦРУ. Крупным потребителем информационного продукта «Ясонов» стало командование американских ВМС, заинтересованное в новых методах поиска субмарин. «Ясоны» занимались научными основами эхолокации, но не только ими. В частности, они проанализировали возможность обнаружения нейтрино, испускаемых ядерными реакторами подлодок, и в 1988 году представили доклад, содержащий абсолютно негативные выводы. Тогда же «Ясоны» занялись климатическими проблемами, в частности связями между накоплением в атмосфере парниковых газов и всемирным потеплением.
Но военная тематика, конечно, преобладала. Так, в 80-е годы «Ясоны» много работали над использованием лазеров для «прощупывания» атмосферных турбулентностей – считалось, что это нужно для создания лучевого противоракетного оружия. Из этой затеи вроде бы ничего не вышло, но наработки не пропали. Они послужили основой для так называемой адаптивной оптики «с искусственной звездой» – метода коррекции формы вспомогательного зеркала телескопа, который дает возможность, скомпенсировать атмосферные возмущения и улучшить качество изображения. Благодаря адаптивной оптике в последние годы удалось настолько увеличить разрешающую способность гигантских наземных телескопов, что они могут теперь соперничать с космическими обсерваториями. Однако руководство Пентагона не стало привлекать «Ясонов» к созданию радиолокационно-невидимых летательных аппаратов – скорее всего потому, что надеялось обойтись без их помощи.
В 1981 году «Ясоны» опять поменяли организационную приписку: с тех пор все административные дела ведет корпорация MITRE, работающая по контракту с Пентагоном. Эта компания информационного профиля со штаб-квартирой в вашингтонском пригороде Маклейне принимала участие в создании первых компьютерных сетей, из которых впоследствии вырос Интернет.
Четыре года назад «Ясоны» внезапно лишились покровительства DARPA. Вообще-то отношения с этим ведомством стали охладевать уже давно, поскольку его запросы все больше расходились с интересами членов общества. Что до непосредственной причины разрыва, то она оказалась банальной. В августе 2001 года новый директор DARPA Энтони Тетер пожелал ввести в состав «Ясонов» троих своих протеже, но ученые отклонили их кандидатуры из-за недостаточной квалификации (ни у кого из них не было докторской степени). Тетер пригрозил прекратить спонсирование общества, но его руководители не поступились принципами, и дело закончилось разводом.
DARPA в специальном пресс-релизе намекнуло, что группа «Ясонов» погрязла в привычках времен холодной войны и не желает считаться с новыми реалиями. Эти обвинения впечатляли, ибо администрация Буша только-только объявила войну мировому терроризму. В действительности «Ясоны» еще в 1990-е годы ввели в свой состав классных биологов и биотехнологов и занялись поисками защиты от биотерроризма. Однако Тетер хорошо знал правила бюрократической игры.
К тому времени DARPA обеспечивало порядка 40 процентов годового бюджета «Ясонов», составлявшего 3,5 миллиона долларов. Однако и прочие заказчики, в частности ЦРУ и военно-морские силы, финансировали группу не прямо, а по каналам DARPA. Поэтому после расторжения контракта с DARPA в марте 2002 года «Ясоны» оказались на мели. После закулисных переговоров в июне они подписали контракт непосредственно с директоратом исследований и разработок Министерства обороны США, которому подчиняется DARPA. По последним сведениям, бюджет «Ясонов» и сейчас равен тем же трем с половиной миллионам.
В 2006 году обществу минуло 45 лет. Через него прошла сотня ученых, среди которых одиннадцать нобелевских лауреатов и сорок три члена Национальной академии наук США. Сейчас в группе около пятидесяти человек, среди них примерно 30 физиков, остальные – биологи, химики, компьютерщики, инженеры и представители других специальностей. «Ясоны», как и раньше, в основном работают во время летних каникул. Семинары проходят в калифорнийском городе Ла-Хойя, в здании, арендуемом у корпорации General Atomics. Дневная ставка участника – 850 долларов (неплохо даже по американским понятиям, хотя крупные частные корпорации оплачивают консультации звезд науки гораздо щедрее). Более половины проектов «Ясонов» строго засекречено.

ИСТОЧНИК
Subscribe
Buy for 10 tokens
Buy promo for minimal price.
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments